Что ж, значит, я не ошибся в своих выводах и поступаю верно, что не пытаюсь с Мироновой объясниться. Да и о чём нам разговаривать?

""Катя, ты мне нравишься, но я, как прыщавый юнец хожу вокруг да около уже целый месяц и боюсь рассказать о своих чувствах""

Ну и зачем всё это? Она только посмеёмся надо мной, и вряд ли признается во взаимности. Ну уж нет, моя гордость не позволит мне так низко пасть.

***

На следующий день Константиновне приспичило заявления на отпуск собирать. Уже лето на дворе, а она только опомнилась."

"— Даниэль, — обратилась Зайцева, когда я сидел в кресле и постукивал ручкой по столу, — ну чего ты опять упёрся? Поедешь, развеешься.

Вот настырная женщина: ну какое ей дело до того, что я два года не беру отпуск? Гордилась бы тем, что работает со сверхчеловеком.

— Когда? Зимой? — хмыкаю.

— Зачем? — продолжает елейным голоском — Через пару неделек.

— А как же свадебный сезон?

— Ох, — взмахивает руками, — без тебя, трудоголика, справимся.

Ухмыляюсь и ещё раз прокручиваю в голове её предложение: может быть, действительно стоит отдохнуть?

Беру со стола лист бумаги и пишу заявление. Остаётся только решить куда поехать: хотя выбор в нынешней обстановке не велик.

Пока писал заявление, успел прикинуть, как проведу время в отпуске и даже настроился на позитивный лад.

А зря.

Поскольку рабочий день у меня сегодня сокращённый, пораньше к родителям приехал. Вещи кое-какие забрать нужно: я же собственный угол обживать решил.

Давно уже квартирку присматривал: сколько можно в родительском доме жить, не маленький уже. Выбрал вариант подальше от центра, довольно тихое место, но что самое классное — это не квартира, а частный дом.

Да, возможно сейчас это место будет просто холостяцким логовом, но со временем, надеюсь, оно станет полноценным живым домом.

Родителей я не застал, зато Арс: разлёгся на диване во всей красе, и семечки щёлкает. Каналы пультом перелистывает, в экран уставился и меня не замечает. Вот засранец, кто ж это свинство за ним убирать будет? Мать?

— Салют, брателло! — выдаёт, когда скидываю его ноги и сажусь на диван. Вокруг разбросаны упаковки от чипсов и прочей гадости. А на экране какой-то тошнотворный бред.

— Что на этот раз?

— Камилла. Помириться пытается — медленно прожёвывает слова. Клоун.

— А ты? — продолжаю просверливать малого: распустился дальше некуда.

— А что я? — разводит руками — Как видишь. Страдаю от несправедливости этого бренного мира.

Ну-ну, страдалец липовый. И этот чудик приходится мне братом?

Мы с ним такие разные, просто две противоположности. Этот вечно на приколе, не понимает что жизнь — не весёлая прогулка. Ещё и всякую вредность жрёт вечно, я же за правильное питание.