Парадокс – я все бы отдал за возможность хоть ненадолго вернуться на Землю, а он, напротив, спешит, как только освободится от разных хлопот на ней, обратно в игру.

Мой доклад о пойманном предателе ожидаемого изумления в приёмной короля не вызвал – оказалось, что Перфундар уже отдал распоряжение, что, если я появлюсь с таковым, меня надлежит немедленно запускать в тронный зал. Гофмейстера попросил присмотреть за реабилитированным охотником, никуда его не отпуская, впрочем, тот, будучи человеком простым, и сам никуда не спешил – радостно озирался вокруг, видимо, предвкушая, как будет потом всем рассказывать, как по-свойски сидел в приёмной короля!

Когда ввёл арестованных в тронный зал, там оказался уже и палач. Вот уж кто находится на своём месте – от радости на его лице при виде арестантов я аж вздрогнул. Описал ситуацию – что один сообщник Меродлента у нас есть точно, а в другом я не уверен, и палач, кликнув пару охранников, увёл с собой обоих арестованных. А я предъявил королю листок, на котором предатель указал, где расположено логово Меродлента.

– Думаю, Бролан справится быстро! – сказал Перфундар, – и главное, что у нас есть теперь расположение лагеря узурпатора! Теперь нет необходимости в засаде, в которой не знаешь, когда появится враг и появится ли он вообще. Сможем наведаться прямо к нему домой!

– И, видимо, поздно вечером, чтобы все были дома? – спросил я.

– Лучше даже ночью, чтобы никто точно не остался вне лагеря! – усмехнулся король.

Через десять минут, которые мы с Перфундаром провели, обсуждая детали предстоящей ночной вылазки, стали собираться вызванные им сановники. Задача поменялась, и это нужно было обсудить.

А затем появился и палач с обоими ранее уведёнными арестантами, причём шли оба сами, и видимых следов пыток не имели.

– Второй невиновен! – доложил палач, – а уличенный предатель полностью готов сотрудничать!

Ну, в принципе, а чего ему упираться, если он всё мне уже выложил? Тут только сотрудничать и остаётся, в надежде на королевское снисхождение.

История, рассказанная предателем, была стара, как мир. Был запуган Меродлентом еще в бытность узником лагеря для заключенных. Тот сумел внушить бедолаге идею, что способен легко отделить его душу от тела. Начав работать на Меродлента, потихоньку, как часто бывает, проникся к нему преданностью – Меродлент умело манипулировал им, когда убедился, что контролирует – когда похвалит, когда подкинет еды. История продолжилась после освобождения заключенных из лагеря и попадания в Бантосу. Мы упустили предателя только потому, что Меродлент не дал ему никакого назначения, когда стал узурпатором, оставив только роль негласного осведомителя.