Пусть дражайшая родительница разбирается со своим укушенным отпрыском самостоятельно. Вполне вероятно, что «Ванечка» — вторая копия «Васечки», только сидящая на шее не жены, а матери.

— …Ну так что, доченька? Ты поможешь? — раздался тихий ласковый голос на том конце трубки. — Ух, знала бы ты, как мне сегодня Васильевна по телефону разорялась. И про то, что полиция Ваську допрашивала, и то, что даже ее в отделении почти целый день продержали. А ты на крутой машине, ради денег с кем-то спуталась. А я так посудила: ну ради денег — ну и что? Время щас такое. Все правильно.

И вообще — так этой старой стерве и надо! Молодец, Люська! Давно надо было мужика поденежнее найти!

— Мама, я кушать хочу, — Миша подергал меня за подол домашнего платья, отвлекая от сплетен. — Можно хотя бы водички попить?

— Сейчас идем, солнышко, — улыбнулась я сыну, погладив его по голове. — У нас и суп, и пюре с котлетками есть…

— Едешь?! Сейчас?! — обрадовалась мать Люси.

— Нет. Не еду.

— Как не едешь?.. А как же Ванечка?

— А вот с Ванечкой ты, мама, уж как-нибудь сама. А я пойду своих детей кормить. Приятно было поболтать. Если Валерия Васильевна будет звонить тебе еще, обязательно передавай привет.

От мысли о том, как перекосит свекровь от моего «привета», я не смогла не улыбнуться и, не слушая дальше причитания матери, положила трубку. Интересно, а отец у Люси есть? Надо перечитать дневник. Мало ли что там за братец. Второго борова мне не надо.

В кухне налила детям по тарелке супа, затем по порции второго. Смотря на то, как они уплетают за обе щеки, я с грустью думала о том, успела ли полюбить их за такой короткий срок. Да, я их жалела, мне хотелось для них хорошей жизни, хотелось, чтобы у них не было слез и страданий.

Мне нравилось разговаривать с ними, играть, гулять.

И, тем не менее, могла ли я считаться по праву их матерью?

Ведь к тому времени, когда Руслан пришел, я была готова на стенку лезть, ощущая себя запертой в четырех стенах. Разве такое может быть, чтобы хорошая мать уставала от детей?

Впрочем, когда я с ними оставалась на съёмной квартире, это не так чувствовалось.

Может быть, дело было в том, что Руслан просил даже с участка не выходить? Там возможность гулять была всегда, и народу кругом больше.

Да и тут все чужое. Надо внимательнее смотреть, чтобы дети что-то не натворили, не разбили, не сломали. А там был такой минимализм, что ломать попросту нечего.

«Наверное, мне лучше будет туда вернуться. Правильнее…»

— Привет! — услышав, что в прихожей гремят ключи, я вышла встречать, вытирая руки полотенцем.

Глава 9

Руслан торопливо повесил куртку на крючок, опасаясь смотреть мне в глаза.

— Привет.

«Ох! Он жалеет о прошедшей ночи!» — прострелила неприятная мысль, я моментально сама опустила глаза.