Но прежде, чем заклинания поразили зверя, тот стиснул зубы, и неизвестный предмет, который он держал в пасти, лопнул. Позади раздался дикий крик Мирана.

Райтон резко обернулся. Темный корчился на земле, пытаясь разорвать рубашку на груди. Убедившись, что привратник мертв, принц бросился к другу. Ллавен прижал руки бьющегося в судорогах Мирана к земле и крикнул:

— Расстегни ему рубашку!

Райтон сделал то, о чем его просил эльф и в ужасе замер. Ллавен испуганно выдохнул. На груди темного растекалась темная клякса. Маленький хрустальный пузырек с красной жидкостью, который каким-то образом оказался у темного за пазухой, лопнул. И теперь эта жидкость стремительно отращивала длинные тонкие щупальца и впивалась в тело Мирана, заставляя того корчиться от боли.

— Что это? — в смятении спросил принц. — Где ты это взял?!

Миран прохрипел только одно слово:

— Эри. лина…

— Тебе это дала Эрилина? Эрилина Азарио?

Принц в ужасе смотрел на странный предмет на груди друга, в голове проносилось предупреждение Райги. Сид не соврал.

Райтон поднял взгляд на Ллавена и спросил:

— Что это?

— Не знаю, — прошептал эльф. — Я никогда не видел ничего подобного.

Райтон в ярости распахнул Глаз. Но чужеродный предмет не исчез, и не отреагировал на магию артефакта. Райтон со злостью погасил Глаз Луны и взглянул на небо. Давно его не душило такое полное бессилие.

Глава 42. Битва в городе

Райтон смотрел, как Ллавен чертит сложные целительские заклинания. Обезболивающее с усиленным компонентом, противовоспалительное, несколько заклинаний, которым предстояло сдерживать распространение яда, если такой имеется. Затем Око целителя более высокого уровня. Лицо Мирана оставалось таким же искаженным болью и бледным, а дыхание — тяжелым и прерывистым. Но он, хотя бы, перестал метаться и корчиться.

Темный попытался что-то сказать, из уголка его губ потекла кровь.

— Молчи, — предостерег Ллавен. — Тебе нельзя напрягаться.

Затем эльф встал и натянул тонкие перчатки. Достал из кармана мешочек, чуть светящийся зеленью эльфийской магии и подошел к кучке праха, оставшейся от привратника. Райтон с ужасом наблюдал, как друг опускается на колени и начинает осторожно складывать в мешок остатки того, что было в зубах нежити.

— Брось это! — сказал принц. — Эта вещь может быть опасна.

— Но без нее я не смогу понять, что случилось с Мираном, — ответил эльф. — Поэтому, придется рискнуть. Похоже, это какая-то местная гадость, раввийская. Никогда не видел ничего подобного.

Больше Райтон не возражал. Ллавен затянул мешочек, туго обмотал его завязками и сбросил перчатки. Поколебавшись, убрал его за пазуху. Принц нахмурился и сказал:

— Надеюсь, с тобой не случится ничего подобного. Идем.

Но эльф покачал головой.

— Мы будем тебе обузой.