Сколько обычно платят студентам — две, три медяшки в час? Я заплачу пять.

Я оторопела. Нерешительно улыбнулась: шутишь, да? Эльм оставался серьезен.

— Это странно, — честно сказала я. — Деньги мне, конечно, нужны, но… Я даже не знаю, как к этому относиться. Ты меня покупаешь?

— Что ты! — Лоер махнул рукой, и несколько фиников упали на землю. — Просто не представляю, как тебя еще уговорить. Для меня это гроши, а тебе нужна работа. Ты уйдешь и будешь весь вечер киснуть в какой-нибудь прачечной, а я — уныло скитаться по аллеям парка. Почему бы нам не совместить приятное с полезным?

С этим не поспоришь. Я испытующе посмотрела на феникса. Оглянулась на тихие аллеи… Осень на прощание подарила нам один из тех дней, когда мир, кажется, застывает в своей хрупкой красоте: деревья стоят в дивном желто-алом одеянии, солнце не торопится покидать небосвод, воздух пахнет сухими травами и последними цветами — тонкий и почему-то грустный аромат. Еще немного — и холодные ветра сорвут листья, разрушат очарование. Дорожки парка зальют дожди. Станет уныло и печально. Кто знает, когда в следующий раз удастся погулять?

— Хорошо, — сдалась я. — Сегодня на работу не пойду, но и денег у тебя не возьму.

Лоер широко улыбнулся:

— Но хотя бы позволишь отвести тебя в студенческую кофейню?"

"Я позволила. Мысленно улыбнулась: когда-то папа добивался расположения мамы, соблазняя блинчиками ее дочь. Теперь и Лоер безошибочно угадал, какой способ действует на меня безотказно.

Мы пили горячий ягодный морс и болтали…

Здесь мой карандаш завис, потому что я поняла: разговаривали мы долго и много, но, по сути, ни о чем — о студенческой жизни, о забавных случаях на факультете боевиков и целителей, о преподавателях. Было весело, я постоянно смеялась. И все же о самом Лоере не узнала ничего нового. Из какой он семьи, где живет, что планирует делать после окончания академии — осталось загадкой.

Хорошо, что я купила плащ и платье: теперь можно прохаживаться по парку без риска замерзнуть. Одежда простенькая, такую носят служанки или прачки — мама пришла бы в ужас от одного вида, — зато теплая: мы бродили по аллеям до темноты.

Закончилась прогулка неожиданно: Лоер провожал меня в корпус первокурсников, и у самого входа мы столкнулись с Роном, который возвращался из города. Он так на меня посмотрел, что мне сделалось совестно. Тогда, на вечере знакомств, он едва не подрался с Эльмом. Наверное, ему неприятно видеть нас вместе.

Неприятно не в том смысле, что он ревнует или что-то такое. Пф, глупости! Однако Эльм его соперник, почти враг, а я… будто бы предала Рона.

Какие нелепые мысли!

Но не могу перестать об этом думать.

Дожденник. День четырнадцатый

Дожденник.