Уголовные жили в заводской казарме у всех на виду, выдавая себя за рабочих. Документы в порядке, никому и в голову не придет искать банду в таком месте… Средний Царь повторил уловку киевлян.

Вечер Лыков и Оконишникова провели вместе. Никуда не ходили, сидели в номере, туда же заказали ужин. Утром сыщик отвез подругу на вокзал и сдал с рук на руки Филимонову. Бравый околоточный обещал доставить попутчицу домой в целости. А питерец отправился в сыскное.

Блажков с Англиченковым разглядывали какие-то бумаги.

— Есть новости? — догадался коллежский советник.

— Гришка Чумаченко встретился со Средним Царем, — сообщил надзиратель.

— Где?

— А это самое любопытное!

Петр подошел к висевшему на стене плану Ростова и ткнул пальцем в левый верхний угол:

— Вот. Место не из престижных. Дегтярные склады, известковые заводы и свалка нечистот. А еще ассенизационный хутор.

— То есть там селятся золотари?

— Это мы так думали, — вздохнул Яков Николаевич. — У себя под носом проглядели. Управа пять лет назад отвела огромный участок земли за городской чертой для лиц, что занимаются золотарным промыслом.

Разрешили им построить на этом отводе помещения для себя и своих рабочих. Народ трудное слово «ассенизация» выговорить не мог, и всю местность окрестили Говняровкой. Мы так и думали: говночисты живут… А что вышло на итог?

— Что?

— Они построили. Только не то, что надо.

— Вышел еще один жилой квартал? — предположил Лыков. — Все, кроме ассенизации?"

"— Именно. Мы сейчас запросили бумаги из Первого участка. Многие из тех, кто получил разрешение, возвели доходные дома да постоялые дворы.

Незаконно, конечно. Просто сдают квартиры частным лицам. Вот протоколы помощника пристава по санитарной части. Двадцать шесть фактов нарушений!

Англиченков добавил:

— Получился еще один большой притон. Полиция проверок по письменной части не делала, поскольку считала, что селятся одни хозяева ассенизационных обозов. Ну, три-пять рабочих при них… И вдруг двадцать шесть незарегистрированных постоялых дворов! Кто там живет? Что за люди? При полицейской проверке они просто переходят из дома в дом, а потом возвращаются.

— Надо сделать облаву, — заявил коллежский советник.

— Да вы гляньте на план, Алексей Николаевич, — в сердцах сказал Блажков. — Это же открытое место, ростовская выгонная земля. Иди в любую сторону. Чтобы оцепить ее целиком, понадобится пехотный полк. Где я его возьму?

— И вы лишь сейчас узнали, что у вас под носом вырос новый уголовный квартал?

— Увы, ваше высокоблагородие, — перешел на официальный тон коллежский регистратор. — Можете так и указать в докладе: Блажков просмотрел.