«Черт… где клитор… у мамы так легко, большой, теплый», — но тут Светка ахнула, и он понял, что вот эта крошечная твердая кнопочка под его средним пальцем — он и есть, нырнул чуть ниже, замочив в соке женщины пальцы, и приласкал его так, что Светланка начала биться в его руках крупной дрожью, а потом пошел рукой ниже уже всерьез, нашел там тепло и влагу, сделав в пещерке пару движений согнутыми пальцами, чуть навалился на Свету спиной и ткнулся членом у нее между ног.

Почувствовал, как его жезл охватила и ведет рука девушки, и вошел им в жаркую тесноту. «Ох, какая узенькая, почти как попа у мамы», — где-то далеко удивился он, а сам уже, прогнувшись, прижав к себе руками так понравившуюся ему попу, работал на полную, Светка громко охала, чуть не вырываясь у него из рук, и наконец, вся став твердой, как мраморная, до боли сжав его член внутри, закричала на весь пляж что-то нечленораздельное и повисла, обмякшая, вздрагивающая, у него на руках, а он только сейчас почувствовал, что тоже кончает, и прижал к себе женщину изо всех сил, заведя в нее член так, что уже яйцами чувствовал какое-то препятствие…

Потом медленно согнулся, расцепил вдруг ослабшие руки, и Светка опустилась вперед, на четвереньки, вздрагивая и мотая головой с тяжелыми, мокрыми еще волосами.

Встал рядом с ней на колени и медленно, одними пальцами, стал гладить ее спину, успокаивая.

— Ох… ох… ох… ох… Сережка, что сделал-то, — все еще задыхающимся голосом сказала Светланка и тяжело перевалилась на попу, усевшись перед ним с широко раздвинутыми, согнутыми в коленях ногами, опершись на отведенные назад руки. В самой глубине, между ног, в тени что-то слегка поблескивало в рассеянном свете дачных окон. — Ох, ох… уххххх…

Испуганный Сережка, переступив на коленях, наклонился к ней. Погладил рукой по щеке:

— Светланка, милая, тебе больно было?

Та, все еще задыхаясь, хрипло рассмеялась.

— Дурашка! Мне так хорошо еще не было, вот!

Чуть потянувшись и подложив под голову полотенце, откинулась назад, расслабилась на песке. — Иди ко мне…

Он, улегшись на живот сбоку от Светы, оперся над ней на руку, разглядывая ее лицо. «А ведь довольная…» — сладко подумал он, но тут Светланка, приподняв голову и смешно вытянув губы трубочкой, прикоснулась к его губам. Он неловко ответил, и девушка, удивленно отстранившись, ласково улыбнулась:

— Сережка, ты целоваться-то не умеешь? Научу… потом. Иди сюда, — и она прижала его голову к груди.

Немного помолчали, отдыхая. Потом Сережка, шутя, начал играть пальцами со Светиным соском, и она подняла голову:

— Э-э-э, да ты еще хочешь?

Сережка, ущипнув за сосок посильнее, ответил: «Ага!», и она, столкнув его голову с себя, села на колени. Потянулась и взяла рукой его не до конца еще вставший член.