– Ладно, – устав от своих борений, тихо проворчал парень. – Завтра всё равно снова в депо ехать. На обратном пути заскочу в контрразведку, может, и получится намекнуть на весточку из столицы.

Вошедшие в дом женщины разом отбили у него всякое желание размышлять вслух. Увидев чаёвничающего хозяина, они удивлённо переглянулись и дружно отправились мыть руки. Танюшка, справившаяся с этим делом быстрее всех, подскочила к нему и, взбираясь на колени, принялась рассказывать, чем они занимались весь день. Слушая её щебет, Мишка только с улыбкой кивал, прижимая к себе ребёнка.

Настя, с ходу заметив его состояние, присела рядом и, прижавшись к плечу, еле слышно спросила на ухо:

– Случилось чего, Мишенька?

– Нет, устал просто, – улыбнулся парень, обнимая жену.

– Я слышала, солдат много в тайге побили, – вздохнула девушка.

– Знаю. Видел их, – скривился Мишка. – Только двоих убили. Но вымотались они изрядно. Ну не умеют они по тайге ходить. Такое дело с детства учить надо. А их – как кутят слепых в воду.

Мишка отмахнулся и, приложившись к кружке, спросил:

– У вас-то что?

– А что у нас? – удивилась Настя. – Огород обихожен.

Сено, что ты накосил, переворошили, дом – полная чаша. Вон с мамой Глашей по лавками прошлись. Ниток да холста купили. Будет чем зимой заняться. Ты бы по осени ещё пера с птицы набрал. Перину ещё одну сшить надо.

– Это кому? – не понял Мишка. – Мы все вроде на перинах спим.

– А ты ничего не видишь? – спросила Настя, лукаво улыбнувшись.

«Вот блин!» – ахнул про себя Мишка, всматриваясь в чуть порозовевшее лицо жены.

– Так ты тяжёлая? – спросил он, чувствуя себя тем самым пресловутым жирафом.

– Ага, – радостно сверкнув глазами, улыбнулась она.

– И в огороде копаешься, – укорил Мишка жену, прижимая её к себе. – Будет вам перо. На три перины соберу.

– Совсем сдурел? Куда столько? – тихо ахнула Настя.

– А чтоб было, – рассмеялся парень, целуя зардевшуюся супругу.

Вошедшая в комнату тётка, увидев эту картину, только довольно улыбнулась и, присев к столу, подпёрла подбородок ладошкой, рассматривая их смеющимися глазами. Потом, улыбнувшись, Глафира не спеша налила себе чаю и, оглядев стол, притворно вздохнула:

– А я думала, праздник в доме будет.

– Издеваешься? – так же делано возмутился Мишка.

 – Кто на кухне хозяйка? Я или клопы?

– Какие клопы? Ты чего несёшь? – тут же возмутилась Глафира. – У нас клопов отродясь не было.

– Значит, мыши, – кивнул Мишка, пряча улыбку. – Говорил ведь, котейку заводить надо.

– Миша, я тебе сейчас в лоб этой миской дам, – пригрозила тётка.

– А чего тогда вопросы странные спрашиваешь? – поддел её парень. – Вот устроили бы праздник да шепнули, с чего, вот и порадовался бы. А то развели секреты, а я догадывайся.

– Будет вам праздник.