И плевать, что уже глубоко за полночь. Этот сукин сын просто обязан мне объяснить, какого черта все его методы не работают!

Я ведь просил помочь мне избавиться от этого чертового наваждения. Женился бы на пустоголовой модельке, как все! Там бы и до детишек, глядишь дошло бы. Как у всех…

Ну, живут же люди! Почему у меня не выходит?!

Почему, когда дело касается бизнеса я — царь Мидас: за что не возьмусь, все в золото превращается. А с личным… тоже Мидас. Стоило к ней раз прикоснуться, и она — безжизненная статуя, а я — осел!

Проклятье какое-то! Будто я договор с дьяволом заключил, сам того не ведая.

— Доброй ночи, Роман, — сонно отзывается трубка.

— Она приехала, — рычу. — Что теперь прикажешь мне делать?! Как мне ее забывать, когда она вот прямо сейчас за стенкой, стоит только дверь толкнуть?!

— Кто? — непонимающе бормочет Стас.

— Наваждение мое! — рявкаю я. — Та, что меня окончательно с ума свела! С катушек спустила, что я сорвался! Та…

— Ладно-ладно, я понял! — пытается урезонить меня док. — Позволь мне минутку собраться с мыслями.

— Нет у тебя минутки! Я прямо сейчас готов вынести эту чертову дверь! Едва держусь…

— Может оно и к лучшему, — задумчиво говорит этот шарлатан.

— Что к лучшему? — теряюсь на мгновение. — Вынести дверь?

— Нет-нет-нет, — тормозит меня он, тогда как я уже было начал подниматься из кресла. — К лучшему, что она приехала. Признаться, когда я предложил тебе обзавестись семьей, я и подумать не мог, что у тебя свет клином сойдется на ее сестре. Так что, конечно, встреча была весьма ожидаема. Правда, рановата для твоего нестабильного состояния. Но возможно тут есть и свой плюс. Эка она тебя пробила…

— Стас, не беси, а? — шиплю в трубку. — Какой еще нахрен плюс?!

— Ну, во-первых, только посмотри на себя. Апатии-то твоей снова как не бывало, — вынуждает меня задуматься. — Я думал, ты преувеличил, когда рассказывал о свадьбе. Но судя по тому, что ты звонишь мне среди ночи и, должен заметить — впервые, орешь, эта девушка и правда на тебя влияет сильнее, чем я мог предположить. Проявление хоть каких-то эмоций — уже огромный прогресс. Пусть и негативных. Признаться, твой случай, твоё равнодушие к жизни, стало казаться мне настолько беспробудным, что я уж было подумывал не отправить ли тебя к психотерапевту, пока ты под моим надзором ненароком в окно не вышел.

— Опустим лирическую часть. Я все еще не вижу плюсов! — подгоняю я этого болтуна. — Она замужем, а я по твоему идиотскому совету уже сделал предложение ее сестре! И даже это — мелочи, на фоне того, что она ненавидит меня…

— Спокойно, Роман Валерич, — раздражающим меня примирительным тоном, говорит он. — Ты должно быть уже решил, что это любовь до гроба.