— Ну и каков наш план? — нагоняю ее уже в коридоре, неотрывно наблюдая, как призывно покачивается ткань ее короткого невесомого халатика. — Может все же няню и в ресторан?

— Пока ты работал, я уже успела приготовить нам ресторан, — улыбается она, входя в кухню.

Глазам не верю. На столе мои любимые пирожки Сониного приготовления, а на плите огромная кастрюля, и я даже не сомневаюсь, что там борщ. Все как я люблю. Она не устает меня удивлять.

Кажется, все еще чувствует себя неловко в качестве хозяйки моего большого дома, будто должной себя ощущает, то и дело старается что-то делать по дому, хотя я и нанял приходящую домработницу. Но разве ж эту упрямицу остановишь. Надеюсь однажды она свыкнется со своим статусом и перестанет хвататься за всю работу в доме, лишь бы отплатить мне. Ведь сколько счастья она мне уже подарила. Да там одного Дёмы было бы достаточно, чтобы я заимел пожизненный долг перед ней."

"— И когда ты только все это успеваешь? — обнимаю ее со спины, до сих пор не в силах поверить, насколько мне повезло заполучить ее. — Я ведь просил заниматься только малышом. Почему опять не слушаешься? Вот ты и валишься с ног.

— Да ничего я не валюсь, скажешь тоже. Просто пока ты в кабинете заседал, папа приходил, с Дёмой играл, вот я и решила, раз руки освободились приготовить для тебя ужин, — она поворачивается в моих руках. — Если бы знала, что ты так долго будешь, принесла бы прямо на твою эту конференцию, чтобы голодный не сидел.

Прижимаю ее крепче, и касаюсь губами светлой макушки:

— Как папа?

— Отлично, — она оживляется, выбираясь из моих объятий, и идет к плите. — Знаешь, если бы я знала, что ты способен подарить ему вторую жизнь…

Она задумчиво качает головой, доставая тарелку из верхнего шкафчика, который теперь ей «по размеру». Привычным движением вытаскивает из ящика половник и принимается накладывать мне борщ. Довольно быстро обжилась она на моей кухне. Смотрю и глаз радуется. Однако эта ее грустная интонация покоя не дает. Не в силах удержаться, подхожу ближе, когда Соня уже ставит тарелку в микроволновку. Кладу руки на хрупкие плечи:

— И что было бы, узнай ты раньше, что здоровье твоего отца можно поправить парой операций? Неужто сдалась бы мне раньше? Что-то я сомневаюсь, — усмехаюсь я, зная, насколько высокоморальны принципы мое жены.

Она бы не смогла поддаться меркантильному расчёту, даже если на кону стояло бы здоровье ее отца. Это не про нее. Скорее про ее родственницу, с которой я едва не имел глупость связать свою жизнь.

— Как минимум, меньше бы жалела Галку, — фыркает она, тоже припоминая свою сестру. — Хай бы и забирала сразу своего Гену. Не заслужила она такого как ты. Тянула с тебя только…

— Вот бы и ты тянула, — провожу пальцами по ее позвоночнику, вынуждая выгибать спину.