Она пробовала сопротивляться, но очень слабо и нерешительно. Сломать это сопротивление казалось несложно. Надави чуть сильнее, и она сдастся без боя.

Но чем дольше Артем наблюдал за Алиной, тем больше его накрывало.

Почему так вышло, что она стала девушкой именно Сергея? И что она в принципе делает рядом с Гордеевым? Что она в нем нашла?

Она совсем не похожа на девушек их круга. Слишком серьезная для своих лет.

Кстати, а ей сколько вообще? Она хоть совершеннолетняя?

— Аля, сколько тебе лет? — спросил он, и сам понял, что это вышло слишком сердито. Даже зло.

Девушка вздрогнула и отставила чашу с блендером, в которой измельчала цветную капусту. Она ее приготовила именно так как любил Артем. Сначала потушила со сливочным маслом, потом добавила сливки.

— Двадцать... один, — ответила и отвернулась. — А тебе?

— Двадцать семь, — Артем немного успокоился. — Я думал, тебе и восемнадцати нет. Выглядишь как школьница.

— Это плохо?

Что с ней, почему она напряглась?

— Да нет, без разницы, — качнул головой Асадов, — просто интересуюсь.

За столом он обратил внимание, как она держит спину, правильно выбирает приборы. И при этом чувствует себя очень скованно.

В общем, очень странная и непохожая на других девушка.

Она даже посуду собиралась вымыть, Артем вовремя остановил и напомнил, что в доме есть посудомоечная машина.

— Да тут же немного, Артем! — Аля подняла на него карие глаза, блестящие как плитка только что отлитого шоколада. — Зачем из-за двух тарелок включать посудомойку?

Он молча отобрал эти тарелки, сунул с машинку, а девушку привлек к себе.

— Спасибо за обед. Было очень вкусно.

Взял ее лицо в ладони и осторожно поцеловал в губы.

Его будто огнем обожгло. Все тело пронзило, пронеслось по позвоночнику и ударило в пах.

Какая же она нежная и податливая, эта безумно красивая девушка.

Чужая. Невеста врага.

Почему же у него такое чувство, будто она собрана из разных мелких, похожих на пазлы частей? И он только тем и занимается, что пытается эти пазлы сложить?

Вот только не складывается целая картинка, никак не складывается. А почему, кто знает. Особенно, если по-отдельности каждый пазл как будто лично для него нарисован и вырезан...

Ну бред же!

Алина отстранилась, а Артем растер ладонями лицо.

— Уезжай, Аля, — сказал глухо, — тебе лучше уехать, пока не поздно.

— Да, мне пора, — кивнула она, соглашаясь. — Ты прав, скоро стемнеет.

О чем она вообще?

Но девушка как будто не обратила внимания на его слова.

— Спасибо тебе, — прошептала тихонько, приподнялась на носочках и поцеловала, куда смогла дотянуться. В подбородок.

И ушла.

Когда она открывала калитку, он чуть не побежал за ней. Хотелось догнать, захлопнуть калитку и не выпускать. Никогда...

Асадов в ярости растер руками лицо.