Только несколько защитниц, прошедшие со мной ""Дерьмовую"" войну были более или менее дружелюбны, да ещё Дахха. До стычек и оскорблений дело хоть и не доходило, но я находился в полном вакууме, ""не пришей рукав"". Ещё и Бейлла куда-то пропала. То ли сама не хочет со мной встречаться, то ли мамаша ей ""мозги прочистила"", но факт остаётся фактом – общение наше прекратилось совсем.

Смертная скука! Уже не хотелось ни вина, ни спокойствия. От безделья стал изнурять себя тренировками, но несколько часов ежедневных физических упражнений проблемы не решили. В один из очередных пустых дней заметил в местном кабаке штуку сильно напоминавшую помесь гитары и лютни. Семь струн, гриф, полностью копирующий гитарный и продолговатая, выпуклая сзади дека.

– Это откуда здесь? – спросил я у пробегающего мимо слуги.

– Так это… Уважаемый… – с лёгкой заминкой в голосе произнёс он. – Вурта всегда здесь!

– И кто на ней играет?"

"– В замке никто не умеет, а вот, если кто-то из Хранительниц приезжает, то обязательно пару былинных песен под её звон рассказывает. Красиво так… – закатил он глаза от удовольствия, явно вспоминая местные концерты.

– А мне попробовать можно, как думаешь?

– Спроси у Уважаемой Праллихи! Она за Гостевой дом и всё, что с ним связано в ответе перед Хозяйкой Аггой.

Быстро найдя Праллиху, громким криком вразумляющую поваров, сразу подкатил с предложением поиграть.

– Сломаешь! – недовольно посмотрев, отрезала она.

– Ещё ни одной вурты не сломал! – честно ответил ей, забыв упомянуть, что ни разу сей агрегат в руках не держал. – Под твоим присмотром разочек? В любой момент отнять можешь!

– Ладно! Разгребусь с делами, а там посмотрим! – милостиво разрешила Праллиха.

Несколько часов я провёл в нетерпении, ожидая, когда она вспомнит обо мне.

Странное дело! Сколько себя помнил в молодости – каждый день в музыкальной школе вызывал чувство скуки и бесполезности. Семь лет пиликал на скрипке, так и не полюбив это занятие. Попутно осваивал и ""пацанский"" инструмент – гитару. В отличие от скрипки, она мне пригодилась потом не раз. Скольких девчонок охмурил, наигрывая пошловатые любовные песенки, а когда попал в армию, то быстро стал ""звездой казармы"", сменив репертуар на более подходящий для мужского общества.

Праллиха пришла сама ко мне, бережно неся инструмент, завернутый в тряпку.

– Держи! – нехотя процедила она сквозь зубы и с угрозой добавила. – Только посмей сломать!

После этого уселась на мою кровать и стала внимательно наблюдать за происходящим.

Я бережно взял вурту и провёл пальцами по струнам. Мдя… Расстроена она была полностью. Потихонечку стал подкручивать колки, добиваясь приемлемого звучания.

– Чего ты там бренькаешь?! – подала голос нетерпеливая Праллиха.