С Натой мы познакомились на базе отдыха, куда съехались наши семьи.

Сказать, что мне понравилась эта яркая, дерзкая и соблазнительная тигрица – значит, ничего не сказать! К тому же Ната была певицей, записывала (на деньги отца, разумеется) свой первый сольный альбом. Пела она довольно неплохо, танцевала ещё лучше."

"Одним словом, зажигалочка! Как раз по мне. Я любил девушек ярких и задорных. Мой братец Матвей предпочитал девушек более тихих и спокойных, но мне нужны были искры, взрыв, страсть и агония! К слову, именно агонией и закончились наши отношения с Натой.

Кутукова была зажигательной и очень активной. До меня постоянно доходили слушки о том, что около её прокачанной задницы кто-то трётся. Но честные глазки Наты и горячий секс убеждали меня в обратном. Пока я сам случайно не наткнулся, как Ната отсасывала какому-то хмырю. Оказалось, что это был её продюсер. Продюсировал он Нату очень хорошо. Особенно в салоне автомобиля на платной стоянке. Продюсировал её прямо в рот. Хорошее вложение? Отличное!

О дальнейших отношениях не могло быть и речи, о свадьбе – тем более. Хотя наши отцы надеялись на наш брак, да и я сам планировал, честно говоря. Даже прикупил обручальное колечко. Но оно оказалось ненужным.

Потом меня накрыло волной чёрной меланхолии и раздражительности. Променять меня на какого-то лысеющего продюсера? Или я был не так хорош? Или просто Ната была блядюшкой?

Так или иначе, но измена Наты была мне, как кость поперёк горла. Было задето моё самолюбие! Я презирал себя за то, что так часто прокручивал в голове мысли об измене, но ничего не мог с собой поделать.

До вечера пятницы. С лёгкой руки Матвея я помчался в клуб. Просто для того, чтобы насолить Матвею! Я не думал, что девчонка меня увлечёт так сильно. Тем более я не предполагал, что рыбка сорвётся с крючка. В тот самый момент, когда мой член был у неё во рту. Вот облом! Девчонка возмутилась, ускользнула, ударив меня по яйцам. Они, конечно, уже не ноют от боли. Но мне всё равно неприятно, что мои яйца поколотили вместо того, чтобы приласкать и подразнить язычком. Потом заявился братец мой младшенький, Матвей. Конечно, никакой он мне на хрен не брат, но так привычнее, что ли, его называть!

Гоняться за ополоумевшей в рыжем парике? Да ни за что! Матвею нравится? Пусть он и бегает!

– Желаю тебе удачи в поисках лже-Золушки, братец! – сказал я и отправился оттягивать в клуб.

Девок вокруг – целое море. Но из моей головы не выходят пухлые губы Золушки, тёмно-малиновые, но без блеска и помады. Малиновые губы на моём члене и возмущённый блестящий взгляд! Мои пальцы помнят влажные, скользкие складки и судорожные, частые сжатия киски. Горячей и узенькой. Как будто её ещё никто не трахал.