Матвей забрал его.

– Что это вы с Тимом заладили, как попугаи: «Юля, Юля, Юля!»? – воскликнул Самсонов.

– Тебе не понять. Ты никого и никогда не любил, кроме своих нулей на банковском счёте! – твёрдо заявил Матвей, подхватывая меня на руки. – Пойдём, милая? Я соскучился.

– Я тоже! – прошептала я, успокаиваясь. – Мне было немного страшно, когда меня схватили посреди белого дня на улице.

– Вот урод! Совсем с катушек слетел от своих денег! – в сердцах воскликнул Матвей, унося меня от разъярённого Самсонова, изрыгавшего нам вслед ругательства.

– Он и Тима так проверял, – доверительно сообщила я.

– Ответ был тот же, что и у меня, да? – улыбнулся Матвей.

– Да. А ещё…

– Что ещё, милая?

Я потянулась и прошептала на ухо Матвею:

– Я беременна.

Матвей остановился и пристально посмотрел на меня.

– Беременна?"

"– Да. У меня задержка, и я сделала тест на беременность.

Матвей спустил меня на землю, а потом закружил быстро-быстро и подхватил на руки, заставив обвить его ногами за торс.

– Это лучшая новость, что я слышал! Лучшая! Ты даже не представляешь себе, как я рад!

Матвей широко улыбался, глаза горели воодушевлением.

– Да! Я же говорил, что ни одна таблетка не спасёт тебя от меня, красавица!

Матвей начал целовать мои губы, покусывая их.

– Ты выйдешь за меня? – спросил он, обхватив моё лицо горячими ладонями.

– Да, – быстро согласилась я и едва не задохнулась от того, как резко и быстро Матвей накрыл мои губы жадным поцелуем.

– Да, – повторила я, переводя дыхание. – Но как же Тим?

– Придётся ему подождать своей очереди, крошка! – весело заявил Матвей. – Ты ему ещё не говорила?

– Нет. Я хотела сначала сказать тебе, чтобы вместе решить, как быть дальше.

– Решать нечего. Ты выходишь за меня, рожаешь нашего малыша, чтобы я мог числиться отцом.

– Это замечательно, Матвей. Но я не хочу расставаться с Тимофеем. Я люблю его не меньше, чем тебя.

Матвей улыбнулся.

– Нам придётся расширяться. Теперь нам нужна детская. И, кажется, не одна. Потому что я предвижу бурю возмущений Тима.

Матвей ещё раз поцеловал меня.

– У нас будет самая необычная семья из всех существующих. Обрадуем Тима?

Я согласно кивнула. Теперь мне было не страшно вываливать на Тимофея такую новость.

Тим, как и сказал Матвей, сначала возмущался и грозился оторвать Матвею яйца и голову, чтобы поменять их местами.

Выматерившись от души, Тимофей обнял меня, усадив на колени, и шлёпнул меня по попке.

– Рада, Юленька? Будешь самой сексуальной мамочкой.

– Рада… – честно призналась я. – Сначала я боялась этого, но сейчас, когда я рядом с вами, мне ничего не страшно.

Тимофей провёл губами по щеке, поднявшись к виску.

– И заметь, я никуда не собираюсь уходить. Ясно тебе?

Я обняла его крепче и честно призналась:

– Я надеялась, что ты это скажешь.