Перед глазами слегка темнеет, как обычно с ней бывает, настолько кайфово, наклоняюсь, перехватываю Драконяшу за горло. Двигаюсь жестко и грубо. Потому что пиздец вообще!

Месяц со мной спать и думать, что я пидарас!

Кому расскажи… Никому нельзя такое рассказывать! Мужики не поймут! И Коню, главное, не трепануть, ржать же будет до икоты.

— В каком месте я, бля, похож на пидараса? — рычу, двигаясь все безжалостней, вышибая каждым толком жалобные стоны. Давай, стони громче, зараза такая!

Так меня назвать! Так обо мне думать! Отомщу, бля! И мстя моя будет страшной!

Драконяша не отвечает, только рот широко раскрывает и глаза закатывает. Сжимаю крепче горло, перекрывая доступ воздуха.

Краснеет и кончает с такими спазмами внутри, что меня ведет, как пацана."

"Отпускаю, позволяя дышать, жадно кусаю за шею, и в пару движений догоняю поезд. Охереть… Кайф какой…

— Прости, я не думала… Мне сказали… — Драконяша, как только получается отдышаться, тут же начинает оправдываться, — я так переживала все это время, знаешь… А вдруг у тебя временное помутнение, и ты потом захочешь…

— Постоянное у меня помутнение с тобой, дурочка, — усмехаюсь я, без сил валясь на спину.

Вымотала меня совершенно, все силы высосала… Не Драконяша, вампирша, блядь…

Нашариваю сигареты, закатившиеся под кровать, и взгляд упирается в медленно открывающуюся дверь комнаты.

А чего это она сама собой открывается? Жорик с Леликом на улице… Львовна пришла, что ли, запустила их в дом?

Но морда, серая, с выпученными тоже серыми глазами, смотрящимися дико стремно на мелкой головенке, вообще не похожа на собачью.

Я замираю, моргая пару раз, чтоб исчез блядский морок.