— Какая? — мне изменяет голос, вообще не понимаю, что он имеет в виду…

— Такая… — передразнивает меня Антон, — что каждому дураку понятно, какие ты у меня обязанности выполняешь…

— Но… но…

— Вот тебе и но…

— Ваш партнер… Может приревновать? — осеняет меня неожиданно.

Антон смотрит на меня с изумлением, а потом неожиданно начинает кашлять. Долго и надсадно.

Я вскакиваю, суечусь, предлагая воду, похлопать и прочее, но он с рычанием отпихивает меня.

Хватает воду, выпивает, потом долго приходит в себя.

Отдышавшись, он смотрит на меня красными от напряга глазами и хрипит:

— Ты, бля, меня убьешь когда-нибудь… Сучка малолетняя…

И, пока я, обиженно дуя губы, придумываю, что бы такое гадкое сказать в ответ, молчание наше напряженное неожиданно прерывается странным писком телефона.

Антон смотрит в экран, хмурится, а потом отрывисто командует мне:

— Жопу подняла и наверх. Дристуна этого забери.

— Но… Почему?

Он поднимает на меня от экрана совершенно бешеный, веселый взгляд, подмигивает безбашенно:

— Гости у нас. Допизделась на камеры всяких задротов.

Глава 21

— Мужики, а чё это вы тут делаете?

Я смотрю с крыльца на троих типа брутальных парнишек, с очень сложными мордами стоящих у ворот.

С той стороны пока что.

Изображаю из себя радостного дебила, нихера не соображающего по жизни и не подозревающего, само собой, что его крепость в данным момент пытаются подломить с противоположной стороны дома.

У идиотов же не бывает системы безопасности по всему периметру… И камер наблюдения, четко реагирующих на каждое движение.

И еще нескольких очень полезных в хозяйстве признанного параноика веселых приблуд, которые могут обеспечить пришельцам интересный досуг… до приезда компетентных органов.

Судя по борзому поведению парнишек, они не в курсе, на кого нарвались… Дебилы, блять.

Страна непуганных идиотов, как говорил один гений перестроечной эпохи.

— Дядь, мы за девочкой приехали, — орет мне один из парнишек, видно, заводила. Или самый борзый.

Оценивающе приглядываюсь.

Наглый взгляд, забитые модными татухами рукава, подкачанная в зале фигурка.

Точно, заводила.

И совсем зеленый еще. Ребенок. Как таких бить?

— Здесь девочек нет, езжайте отсюда, сынки, — подхватываю я волну, привычно притворяясь недалеким дурачком.

— Ну да, она нихера не девочка, — ржет заводила, — шмара долларовая. Или за какие бабки ее там продавали? За песо?

— Тварь! Сволочь! — звенит за моей спиной отчаянный голос.

Ох, бля!

Резко разворачиваюсь, чтоб успеть перехватить Драконяшу, кинувшуюся в бой.

Ругаюсь про себя и не про себя, конечно, страшно.

Но, в основном, на себя.

Потому что, дебила кусок, мог предусмотреть вариант, при котором она не послушается.