К моменту, когда выключилась плита, я была красная и дико злая, а «командир» с «завхозом» жрали как не в себя.

Они даже не разговаривали – просто стучали вилками и жевали со скоростью промышленной молотилки. Так, что я в итоге не выдержала:

– Для хорошего пищеварения прожёвывать пищу нужно медленно и тщательно.

– Угу, – дружно ответили мне.

Когда сковорода опустела, оба откинулись на спинки стульев, и… нет, рыгнул только Форгин. Мы успели познакомиться, и я кое-что выведала – Форгин работал в школе вовсе не завхозом, а отвечал за разъяснительно-политическую часть.

Что касается Рагара, он оказался не просто директором, а одним из лучших воинов королевства, а вдобавок младшим принцем. Третьим по счёту.

Тут, конечно, сразу вспомнился Ершов со своим «Горбунком», и сейчас, после всей этой изнурительной готовки, я уже не сомневалась, что младший сын умом не отличается. Младший, как написал классик, и вовсе был дурак!

Они доели, и я попыталась свинтить с кухни.

– Эй, не так быстро! – остановил Форгин.

Притормозив, я с тоской покосилась на грязную сковородку – неужели заставят мыть?

Толстяк мысль угадал и отмахнулся:

– Посудой будет заниматься команда проигравших. Ты нам другое скажи – что ещё умеешь готовить?

Передо мной мгновенно открылась ну очень сомнительная перспектива.

– Ничего! – воскликнула я. Получилось громко, нервно и слишком поспешно.

Так, что начальство в лице сидящей за столом парочки, не поверило. На губах сразу заиграли хищные улыбки, и завхоз, а точнее политрук, сказал ласково:

– Харринтер, не ври.

Я впала в состояние замороженной рыбы. Стояла, смотрела на них, и даже не моргала – демонстрируя всем своим видом, что я – не я, а кулинария – вообще не моё.

– Да не бойся, – поддержал политрука принц. – Мы ведь добрые."

"Угу. Только кушаете очень много. Слишком!

– Я одну лишь картошку и умею, – новая попытка соскочить.

– Эх ты, – покачал головой политрук.

Опять не поверил, но давить на меня не стали. Отпустили потому, что снаружи послышался басистый хохот – с охоты вернулся какой-то отряд.

– Ладно, позже обсудим, – голос Рагара прозвучал обманчиво-тепло. Брюнет поднялся на ноги и кивнул лысому. Оба неторопливо направились к выходу, а я, подумав, последовала за ними.

Когда вышли из казармы, обнаружили такую картину: десяток парней, перемазанных в грязи и крови, и аж два огромных кабана.

Это было ожидаемо, но при виде убитых животных меня замутило. Я не неженка, и даже не вегетарианка, но уж очень непривычно.

– Оп-па, – произнёс Форгин. – Ну ничего ж себе.

Рагар кивнул одобрительно.

Вперёд вышел уже знакомый блондин – тот, что смеялся над татуировкой Йерса, – и даже не спросил, а констатировал:

– Мы первые?

– Мм-м, нет, – помедлив, ответил Рагар. – Первый – он. – И кивок на меня.