Только когда выехали на дорогу от дома, повернулась ко мне:

— Зачем ты это делаешь, Артем? — спрашивает, смотрит, словно рентгеном сканирует.

— Не нужно делать из меня чудовище, Рита, — сморщился я, — Можешь как угодно меня проклинать, ненавидеть, но вас с Дашей я не оставлю в беде.

— Ты эту беду сделал, не могу относиться к тебе по-другому.

— Как пожелаешь, — согласился я.

Мы подъехали в клинику, где нас уже ждали. С Риты, сошли все краски, когда прошли в кабинет, бледная, нервная, руки подрагивают. Взял ее ладошку в свою руку, вырвала, оттолкнула молча. Смирился, пусть так, сейчас не время выяснять отношения.

— Очень хорошо, Маргарита Владимировна, что вы пришли с мужем, мое имя Тимофей Сергеевич, я буду заниматься вашим дальнейшим обследованием, — приветствовал нас, уже знакомый мне врач, — Присаживайтесь, — он указал на два кожаных мягких кресла напротив его стола.

Тимофей Сергеевич сел за свой стол и посмотрел поочередно на нас:

— Что я вам скажу, дорогие мои, анализы не очень хорошие, диагноз почти подтвердился. Мы еще сделаем биопсию костного мозга, чтобы понять насколько сильны изменения в клетках. Заболевание в большинстве случаев лечится, все зависит от стадии. Расстраиваться рано, нужно собрать все силы и отнестись к этому спокойно. Никакой паники, нервотрепки, просто начинаем лечение.

— Какой диагноз, — прошептала Рита еле слышно, я тоже слушал слова врача, почти не дыша.

— Острый лейкоз, — невозмутимо сказал доктор и я видел, как Рита побледнела еще больше, застыла, сидя в кресле.

— Ка-какая стадия? — заикаясь произнесла жена.

— Предположительно вторая, острая, — охотно отвечает врач.

Я не могу произнести ни слова, во мне словно отключились все рецепторы и чувства. Смотрю на Риту, ловлю взглядом каждое ее движение, взгляд. Рита вдруг вскакивает с кресла, я тоже поднимаюсь. Она кидается на меня, молотит кулачками по моей груди, взрываясь слезами. Я обхватываю ее за плечи, прижимаю к себе, морщусь от этих мелких ударов, которые теперь опускаются на мою голову, лицо:

— Это ты! Ты во всем виноват! — всхлипывая и захлебываясь от рыданий кричит Рита, — Ты мне всю жизнь испортил, это ты меня и до смерти доведешь! Ненавижу тебя, слышишь! Я тебя ненавижу! — кричит она.

Рыдает так, что у меня сердце разрывает на куски, я просто стою, прижимаю ее к себе и тыкаюсь лицом в ее волосы, принимая удары. Наконец, накрывает и меня, встряхиваю ее несильно, обхватив тонкие кисти:"

"— Да убей ты меня, слышишь?! Вот сейчас убей! — кричу ей, стучу ее кулачками по своей груди, где находится сердце, — Сможешь убить, давай! Заслужил, давай, казни!

— Артем, — рыдает она и вдруг вижу, как из ее носа течет кровь, тонкими струйками, капая на мои белоснежные манжеты рубашки бледно-красными каплями.