Она сначала инстинктивно зажала порез рукой, потом поняла, что это бесполезно: для набора текста ей нужны обе, а перевязать пострадавшую все равно нечем.

«Осталось уже совсем немного, – сказала себе Ольга, возвращая пальцы на клавиатуру. – Всего три абзаца…»

В дверь снова замолотили, ручка задергалась.

– Оля, ты там? Все в порядке? Открой дверь! – позвал вдруг голос Дементьева.

Она промолчала, игнорируя его зов. И стараясь не смотреть на окно, на котором занавески колыхались от порывов ветра, то и дело облепляя голову существа, не оставляющего попытки войти. Соль не пускала его, но ветер мог со временем нарушить непрерывность линии. Смогло же оно разбить окно, значит, рано или поздно войдет.

За спиной все еще стучали в дверь. К голосу Дементьева присоединился зов Долгова, но не это пугало Ольгу.

Что-то все-таки вошло в комнату. Она не знала как, но чувствовала чужое присутствие почти онемевшей спиной. Чувствовала, как нечто приближается к ней. Оно уже касалось ее своими холодными руками. И хотя они были совершенно бесплотны, от прикосновения пальцы отказывались слушаться, а в глазах постепенно темнело.

«Обойдешься, – яростно подумала Ольга. – За двенадцать лет я не провалила ни одного срока сдачи».

И уже почти не видя экрана ноутбука, просто по памяти, она напечатала последние слова и ударила по клавише с точкой так, что потерявший чувствительность палец пронзило резкой болью.

О том, что она должна была закончить не раньше, чем чешская группа выберется из пещеры, она ни разу не вспомнила.

17 июля 2016 года, 14:50 (15:50 по Мск)

Где-то в пещерах Моравского Карста, Чешская Республика

Обратная дорога всем давалась проще: предвкушение скорого освобождения придавало сил даже закоченевшей Саше. Крик бескуда, периодически доносившийся до них и с каждым разом оказывавшийся все ближе, заставлял не обращать внимания на ушибы и царапины. А когда пещера вдруг дрогнула, словно собиралась обвалиться, они задвигались к выходу еще быстрее.

Войтех отдал Саше свои каску и куртку, шел перед ней, проверяя дорогу и вытаскивая ее из некоторых узких лазов, но больше ничего для нее сделать не мог. Каждый раз, сворачивая вслед за указателем, он боялся увидеть впереди бескуда. Что они будут делать тогда, он не знал. Разве что Нев снова чем-нибудь удивит.

Самому Неву и вовсе не на кого было надеяться, хотя он чувствовал знакомое оживление за воображаемой дверью, за которой сидела, терпеливо дожидаясь своего часа, его личная Тьма. Как это часто случалось в экстренных, опасных для его жизни ситуациях, она просилась наружу.

И как-то так получилось, что в этот раз именно избравший его Темный Ангел первым заметил опасность. Раньше Нев всегда выпускал силу сам, но в этот раз все случилось иначе.