Слабым оправданием этому служит то, что в супермаркете сменился хозяин. Он, то есть я, Николай Васильев, пытаюсь навести порядок, но руки пока до всего не дошли. Как вас зовут?

– Дарья Васильева, – представилась я.

– Все однофамильцы непременно родственники, – заулыбался Николай и вынул мобильный. – Константин Сергеевич, у нас работает Карина Яковлева? А! Ясно. Адрес? Мобильный? Отлично, сбрось.

Николай спрятал трубку.

– Некоторое время назад Яковлева в этом магазине устроила дебош, испортила товар. Хулиганке велели мыть подсобные помещения. Она несколько дней приходила на службу, шаталась, правда, но алкоголем от нее не пахло.

Потом разбила банку с вареньем. На том все и завершилось. Скорей всего она алкоголичка. А вот и эсэмэска. Скажите свой телефон, перешлю ее вам.

– Спасибо. Вы очень любезны, – обрадовалась я и, попрощавшись с приветливым Николаем, поспешила к выходу.

Знаю, где прописана Карина, просто подумала, что она днем драит полы, поэтому и зашла в супермаркет. Если Яковлева горькая пьяница, то два часа дня самое подходящее время для беседы с ней. Утреннее похмелье у нее уже прошло, а вечерняя пьянка еще не началась.

Хотя встречала я людей, которые целый день лыка не вязали. Хорошо, что никуда ехать не надо, Яковлева и правда живет в паре шагов от магазина. Дом, в котором она поселилась, обычная блочная девятиэтажка.

В подъезде сидела консьержка.

– Вы к кому? – строго спросила она.

– К Яковлевой, – пояснила я.

– Охо-хоюшки, – вздохнула женщина, – второй этаж, по лестнице подняться можно. Только зря ноги собьете, не отдаст она ничего. Не надо ей даже копейки давать.

– Карина одалживает деньги и не возвращает? – уточнила я.

Консьержка мигом открыла вентиль фонтана сплетен.

– Может еще продукты попросить. Ей соседи деньги давно давать перестали. Она хитрее обезьяны. Если человек у вас попросит тысячу, вытащите ее из кошелька?

– В зависимости от обстоятельств, – честно ответила я, – просто так я купюры не раздаю. И не всегда деньги идут на пользу. Наркоман может героин купить, алкоголик бутылку. Не хочу оплачивать дурные привычки. Вот бабушке, которой на еду не хватает, спокойно подарю нужную сумму.

– Карина психолог, – продолжала кумушка, – поймает тебя на улице и стонет: «Вера, помоги.

У меня украли кошелек. Я без копейки осталась. Ссуди пятьсот целковеньких. С первой зарплаты верну». Это она меня так поймала. Сама я не много получаю, но надо же выручать того, кто в беду попал.

Дала ей денег. Все. Она их не вернула. А спрашивать долг как-то неудобно. Если даешь кому-то триста целковых, это еще не повод для обсуждения ни с женой, ни с соседками. Пустяковый заем! И требовать его отдачи как-то неудобно. Будешь выглядеть крохобором.

Сплетница показала на лифты.