– Давай, Тома, – зашептал Игорь. – Вылезешь – кинь мне лестницу. Если подвернется фишка и увидишь ствол – завали их! Тебе ничего не будет! Необходимая оборона и типа того!
Тамара криво улыбнулась, убирая с осунувшегося лица волосы, грязные и слипшиеся, как мочалка.
– Завалить? Да я ружье никогда в руках не держала!
– Все равно! На курок жми, и все дела! Давай, времени нет! У тебя все получится!
Игорь присел на корточки."
"– Разуйся, – посоветовал он, и девушка сбросила грязные туфли. Ее узкая ступня, обтянутая черным нейлоном, влезла в кашу из грязи и промасленной крови, натекшей с Жоржа, но она даже этого не заметила.
– Дай мне мой палец, – неожиданно сказала Тамара, и Игорь хмуро уставился на нее.
– Зачем? Слинять решила?! – хрипло спросил он.
– Дай палец, или я никуда не полезу, – устало повторила она, и Игорь, чертыхаясь, вынул окровавленный палец из уха. Не меняя выражения лица, Тамара сунула его под чашку лифчика.
– Тебе все равно его не пришьют, – зачем-то сказал Игорь, присаживаясь на корточки. Держась за стену, Тамаре с большим трудом удалось влезть на плечи молодому человеку.
– Если ты нам не поможешь и свинтишь, я тебя найду и вырву матку, – услышала она глухой голос Игоря.
– Ты сама любезность, – хмыкнула она, осторожно выглянув из ямы. Рядом с ней покачивались босые ноги Жоржа, и совершенно некстати девушка обратила внимание на черное пятно, расплывшееся на ногте большого пальца умершего.
«Уронил что-то на ногу, – отстраненно подумала Тамара. – Или споткнулся».
– Ну? – зашипел внизу Игорь, и Тамара огляделась.
Те двое были шагах в двадцати от ямы.
Он лежал, как-то странно дергаясь и вздрагивая, а она сидела спиной к ним, и это было хорошо.
– Я вылезаю, – прошептала она.
«Боже, помоги мне».
Упершись руками в сухую землю, она с трудом подтянула тело вверх. Дополнительное напряжение вызвало обжигающую вспышку боли в изувеченной кисти, и она скрипнула зубами.
«А если ружье нужно заряжать? Если там больше нет патронов?!» – внезапно подумала она, неотрывно глядя на карабин. Медлить больше нельзя, и она, затаив дыхание, шагнула вперед.
И в это мгновение Мария, словно почувствовав что-то, обернулась.
Увидев, как она поднимается на ноги, Тамару с головой накрыла волна такого всепоглощающего ужаса, что она не раздумывая рванула в сторону леса. Острые камни и сухие ветки нещадно кололи необутые ноги, но в эти секунды боль не ощущалась. Организм будто понял нависшую опасность и, словно щелкнув специально предназначенным для этого рубильником, отключил все болевые рецепторы на ее теле.
Комментарии
Добавить комментарий