— Вы действительно полагаете, что это я приказал совершить ему поджог?!

Купец внезапно посуровел. Лайон же усмехнулся.

— Откуда тогда вы знаете про поджог, барон Кьярти, если я ничего еще не сказал?

Карис слегка сдулся, но не отступил.

— Вы ничего не докажете!

— Лично я, ничего и не собираюсь доказывать, барон. Мое дело — передать исполнителя королевским дознавателям. А они уже разберутся, кто именно лжет. Для начала, еще раз опросят злоумышленника, потом ваших слуг. Наверняка найдутся и другие свидетели.

Эйс Мартел слегка завозился, но все же решился подать голос.

— Простите, ваше сиятельство, дом вашей сестры сильно пострадал?

— Сам дом, к счастью, уцелел. Но начисто выгорел двор. И погибло несколько крестьян, выполняющих подсобные работы. Также, в огне пострадал мой друг, владелец некоторых столичных лавок.

Карис скрипнул зубами, чувствуя, что дело принимает дурной оборот. Тобес — олух. Надо было подыскать настоящих головорезов, которые не попались бы и сумели бы замести следы. Зря пожалел на это дело денег.

— Но вы здесь, граф, а не во дворце. — барон, словно таракан вклинился в единственную лазейку. — Моя бывшая женушка, в память былой любви, хочет решить вопрос миром? И чего же она желает?

На Лайона вдруг накатило чувство какой-то гадливости, но он сумел удержать себя в руках. Сейчас нужно правильно соблюсти баланс, чтобы не получить двух врагов, вместо одного. Все же не стоит забывать, что барон для купца — весьма лакомый кусок. А купеческой дочери предпочтительнее получить титул, чем остаться одной с бастардом на руках. (Что-то с предстоящим браком явно было нечисто).

— Не льстите себе, барон. Моя сестра давно не испытывает к вам никаких чувств. И она с удовольствием бы посмотрела, как вас заключат в королевскую крепость на десять, или даже двенадцать лет, за гибель ее людей.

Карис сглотнул. Он не был силен в законах, и до этого момента полагал, что при самом неудачном раскладе его ожидал бы штраф. Ведь казнят только за поджог в столице, но поместье-то за ее пределами. А жизни крестьян… разве кто-то стал бы их считать?

— Вас ей не жаль. А вот вашу будущую жену… — Лайон снова взглянул на купца. — Моя сестра приняла близко к сердцу историю вашей дочери, эйс Мартел. Бедная обманутая девочка, да еще и оставленная в беде. Если барон Кьярти окажется осужден, то жениться он сможет лишь после того, как отбудет положенный законом срок.

Купец мрачно кивнул. Это он и без графа знал.

— И вот в чем заключается предложение моей сестры. — Лайон, отбросив внешнюю учтивость, теперь говорил холодно и жестко. — Лишь из жалости к невесте барона, и к нерожденному ребенку, она не станет давать делу ход.

Эйс Мартел выдохнул.

— Ваше сиятельство! Леди Бартон необычайно милосердна…

Граф остановил его движением руки.