Сначала Итон, потом странный мужчина с обжигающими пальцами, наш танец… А дальше все как в тумане! Малх! Как же неприятно, когда из памяти выпадает отрезок жизни, который вполне вероятно может оказаться важным и даже судьбоносным.

Шоколадом пахло все сильнее. Нет, такое не могло присниться! Значит, пора вставать.

Рывком откинув одеяла, я резко подскочила с кровати и широко распахнула глаза, пытаясь встретить новый день. И это… Я его встретила. В смысле не день, а ЕГО!

Прямо напротив меня стояло странное существо с сероватой кожей, горящими красными, как угольки, глазами и рогами, довольно объемными для его небольшого размера.

— А-а-а-а! Нечисть! — завопила я.

Пальцы сами сложились в магический жест, отработанный до автоматизма на занятиях. С губ слетело короткое заклинание огненного пульсара второго порядка и… Ничего не произошло. Абсолютно ничего!

Кхм… С магией ничего — даже малейшая искорка не сорвалась с моих пальцев. А в целом очень даже произошло: отступая от притаившейся твари, я наступила на подол бального платья, которое по какой-то странной причине все еще было на мне.

Ослабленная шнуровка совершенно не держала корсаж. И он начал неожиданно и стремительно сползать вниз, оголяя, собственно, то, что порядочные девушки даже нечисти не показывают.

— А-а-а-а! Голая женщина! — хрипло заверещала эта самая нечисть, намеренно обидно меня передразнивая. — Чего разоралась?

Руки потянулись к лифу, чтобы натянуть его на то самое и поддержать. В общем, прикрыться. Теперь ни о какой магии и речи не шло. Пальцы заняты, а испепелять взглядом я не умела, хотя в этот самый момент искренне жалела об этом.

Ну и ладно, в случае чего я ему и без заклинаний вмажу.

— Ты кто? — тихо спросила я.

Красные глазки недобро блеснули, а большой и без того рот растянулся в неприятной улыбочке.

— Воспитанные дамочки изначально здороваются, а уж потом вопросы задают, — продолжило глумиться существо. — Я ей, понимаешь, всего себя отдаю без остатка, заботу, ласку! Спасаю ее тут сутками почем зря, даже шоколад этот притащил! — Нечисть принюхалась и скривилась, отчего и так длинный нос свесился над губой. — До чего же запах мерзкий! То ли дело клокочущая лава в жерле вулкана, или хотя бы аромат тлеющих торфяных болот.

Ничего не поминаю. Проследила за взглядом существа и замерла от удивления. Прямо в воздухе, над красивым резным комодом висел фарфоровый стаканчик с шоколадом. Точно такие же я вчера видела на зимнем балу. Но поразила меня даже не левитация посуды, а то, что под донышком стаканчика плясали крохотные язычки живого пламени. Причем, абсолютно самостоятельно, их ничем не подпитывали. Они просто существовали, подогревая напиток.