Словно у соседей по столу показались вдруг из-под одежды копыта и хвосты… Все мелочи из последнего рапорта Ивана получили свои разгадки. Недокрещенный — это сам Бекорюков. Высокий сильный человек — капитан Готовцев. Крашеный брюнет с рыжими корнями волос — судебный следователь Серженко; вон он сидит напротив. Пожилой господин с аристократическими манерами — предводитель дворянства Верховский. А порткарт с буквами «ИЧ» действительно принадлежал убитому ювелиру. Очевидно, земец-головорез пожалел продавать глянувшуюся ему вещь и оставил себе, воспользовавшись совпадением инициалов.

— Что случилось, Алексей Николаевич? — встревожился Бекорюков, заметив волнение сыщика.

— Живот схватило… сейчас вернусь… — пробормотал тот, вставая. И тут же поймал на себе трезвый, внимательный взгляд Недокрещенного. Кажется, тот понял, что каким-то образом опознан!

Выйдя из-за стола, стараясь не привлекать к себе внимания, Алексей быстрым шагом направился прямо к выходу. Голова его ничего не соображала. Он был потрясен и понимал только одно: нужно срочно уходить отсюда. Публика веселилась, не обращая на него внимания.

Лишь Готовцев с недоумением воззрился на сыщика, но не трогался с места.

— Не выпускайте его из зала! — раздался сзади крик штабс-ротмистра.

«Оборотни», как по команде, замолчали. Теперь уже все они смотрели на Лыкова, но тому оставалось сделать до двери всего несколько шагов. Откуда-то сбоку наперерез сыщику бросился князь Солнцев-Засекин. Не сбавляя шага, Алексей сунул ему в лицо кулак. Князь пролетел по полу, как на салазках, и въехал головой в буфет. Вырвался!

Выскочив на площадь и оказавшись среди прохожих, Алексей сначала обрадовался.

Теперь его трудно будет убить — слишком много глаз вокруг. И тут же ударила мысль: а семья? До Нефедьевки восемь верст. Из города его выпустят, только чтобы пристрелить в пути. Если же коллежский асессор побежит сейчас к себе на Дворянскую и забаррикадируется в доме, то «оборотни» на штурм не пойдут. Они явятся в имение, захватят там Вареньку с детьми, привезут сюда и предложат Лыкову сдаться без боя.

Голова сыщика отказывалась работать. Что теперь делать? Куда бежать? На телеграф, послать экспрессы в Петербург и Кострому? Смешно.

Когда подмога доберется сюда, он будет уже мертв. «Дворянская артель» заправляет всем в городе, она власть и закон. Если Бекорюков прикажет городовым стрелять в Лыкова, поскольку тот-де преступник, они обязаны подчиниться. Да «артельщики» при желании управятся и сами. «Веблей» Лыков оставил дома, а голыми руками от десяти противников не отобьешься. Тем более среди них Щукин.

Алексей пролетел корпус уездных присутственных мест, свернул на Костромскую и бездумно зашагал по ней.