Озеро круглое, диаметром метров под триста, обрамляется постройками по форме подковы, не замыкая дальнюю от основной дороги часть берега. Домов с хозяйствами под сотню, даже двухэтажные строения есть. Улочки чистые и широкие, тропки между домами есть. Объезжать далеко не надо. Из крупных объектов — три особняка на берегу, храм Велесу, похожий на церквушку.

В селе спокойно, обыденно. Никто без дела не шныряет, весь народ в полях, в лесах. По одной стороне озера рыбу сетками цедят, пять лодочек плавает.

Передав лошадей на попечение и разместившись в трёх номерах за копейки, вышли на открытую веранду.

Девять столиков, все пустые, зато вид на озеро какой!

Сразу же расхотелось что–то делать. Вот просто бы денёк отдохнуть, ни с кем не сражаясь, кровью не упиваясь, не бегая, как угорелый.

Вечереет. За большой стол устроились, сидим, кайфуем.

— Барин? Люди добрые? — Подошла крупная тётечка с милой улыбкой. — Чего трапезничать желаем?

— Мясо, но не свинину, пожалуйста, — попросил я.

— Индейка есть, печёная, копчёная, варёная, — начала перечислять тётечка с улыбкой.

Заказали еды, стол ломится. Все накинулись, как будто неделю не ели.

Очень всё вкусно.

Уже когда все расслабились и развалились на стульях сытые и довольные, стала доноситься ругань со двора.

— Ты сказал, что это брат твоей жены! — Кричит женщина.

— Да не говорил я такого, — отнекивается хозяин таверны.

— Как нет? Иначе зачем бы я его приютила, — возмущается.

— Я не знаю, одинокая старая дева, вот и приютила красивого удальца, — выпалил мужик в ответ. Хотя по голосу женщины и не скажешь, что старая.

— Ну свинья! — Возмутилась сразу. — Это я–то старая⁈ Это я–то одинокая⁈ Да за мной пол села ходит! А ну пошли, сам вытуривать его будешь! Месяц, целый месяц, извёл меня уже.

Детей пугает, пьянь такая.

— Это ж именитый витязь с Орла, уймись баба. Сам уйдёт.

— Ну лис! Ты знал, что так будет, поэтому не стал его тут держать. Мне–то что теперь делать? По делам не уехать, за ним ведь глаз да глаз.

— Попроси мужиков его выгнать, ну?

— Каких? Боятся его наши пуще смерти, — рычит женщина.

— Вон там приезжие, их спроси.

Слышу, идёт. И выходит из–за угла к нам на площадку роскошная барышня, что у всех мужчин сразу челюсти отпадают.

Лет тридцати на вид, симпатичное личико, высокая, фигуристая, всё при ней. В платье цвета персика, под которым пышная, ещё не сильно повисшая грудь размера шестого свободно болтается, подол чуть ниже ляжек сексапильных. Глаза карие, жгучие, волосы тёмно–русые в две косы до задницы торчащей. На груди колье из жемчуга бардового, серьги тоже из него. Вид взмыленный, будто только что сексом занималась. Только кончить не успела.

Я чуть сам язык не свесил от вида такой порно–актрисы.