— Елена рассказывала, что Астрагор теперь все для него делает… Исполняет любые пожелания. Ты же видел, он и дальше ходит на занятия к Астариусу. И за свою придурочную сестру попросил, чтобы ее отпустили в нашу школу.

— Меня все это не удивляет, — хмыкнул Марк. — Дядя бережет племянничка, холит и лелеет его, но только до восемнадцатилетия… Как жаль, что еще так долго ждать.

У Василисы все похолодело внутри.

— Неизвестно, кого выберут, — возразила Маришка. — У Астрагора много старших учеников. Например, этот страшный зануда Рок. Или этот надменный, неприятный Войт, кошмар-р… В отличие от них всех, Фэш — настоящий красавчик.

Я бы точно выбрала его. — Она кокетливо усмехнулась.

Усмешка Марка тут же скисла.

— Я был лучшего мнения о твоем вкусе, — ядовито произнес он. — Да и сама понимаешь, у этого малыша впереди никакого будущего.

— Меня не волнует его будущее, — фыркнула девочка. — Он симпатичный, хоть и вредный. Но мне такие очень нравятся… — Она не договорила, призывно глядя на еще больше нахмурившегося Марка и враз погрустневшего Норта.

Василиса тоже помрачнела. Ее раздражали слова Маришки о Фэше.

Подумать только, он нравится Маришке! И все-таки Василиса хоть и испытывала к девчонке большую неприязнь, но удивилась тому влиянию, которое хрустальная ключница оказывала на мальчишек. Вон, сидят и глаз с нее не спускают. Интересно, госпожа Мортинова давала ей особые уроки, про которые когда-то рассказывала и Василисе, еще не зная, что это «та самая дочь Огнева». Как же Елена тогда говорила? «Ты ведь уже знаешь, что красивым женщинам не обязательно прибегать к часодейству, чтобы добиваться своего?» Интересно, что она имела в виду… А еще Елена говорила, что из ее особого класса выходят лучшие часовщицы мира… Наверняка Резникова входит в число приближенных.

Сейчас Василиса была бы не прочь узнать один из таких секретов, чтобы обратить на себя внимание Фэша и наконец-то поговорить с ним.

— Что ты так вытаращилась на меня? — неожиданно грубо произнесла Маришка, обращаясь непосредственно к Василисе. Ее личико тут же потеряло все очарование. — Сидит здесь и подслушивает!

— Я смотрела сквозь тебя, — равнодушно ответила Василиса. — И мне все равно, о чем вы болтаете.

— Малышке Огневой с нами ску-учно, — протянул Марк, обрадовавшийся возможности поиздеваться над ней.

К счастью, начали подавать еду — салаты в отдельных салатницах, блюда с бутербродами, пироги с мясом, сыры и оливки. Всем, даже детям, налили красного вина, и Елена произнесла первый тост. Она говорила долго что-то о Нортоне и его славном роде, но Василиса почти не слушала, всецело поглощенная горячими яичными гренками с помидорами.

Некоторое время за столом царило молчание — слышался только звон вилок.