Если я не ошибаюсь, мы идем в том же направлении.

Обернувшись, замечаю, как дамочки суют Демону свои визитки, когда он идет по проходу. Он не посмотрел ни на одну из них, смяв визитку, которая ему все-таки попала в руку, кинул раздраженно на пол. Проходим небольшой коридор, притормаживаем у двери с охраной.

Нас пропускают внутрь. Это кабинет. Большой и дорого обставленный. Я прячусь за Леной, есть в энергетике этого места, что-то нехорошее. За столом сидит мужчина лет тридцати пяти, Рокки лежит на диване, прикладывает к лицу лед. Еще один мужчина сидит в кресле, ноги закинуты на журнальный столик, он неотрывно что-то делает в компьютере, даже взгляд на нас не поднял.

— Что так долго? — грубый голос владельца этого царства резанул слух.

— Не пройти было. Извини, Антон, — нервничает она. Старается угодить, загладить вину, которой за ней нет. Куда делась другая Лена? Она забирает у меня поднос, расставляет перед этим Антоном тарелки, возвращает мне пустой. Я бы ушла, но Лена не торопится. Обхаживает хозяина, откуда-то несет стаканы…

Рокки убирает лед с лица. Один глаз заплыл, но это не мешает ему нагло меня разглядывать. Я красивая. И это приносит массу проблем в мою непростую жизнь. По возможности, я предпочитаю быть незаметной. Не всегда подучается.

— Это кто? — заинтересованно. Видимо, уставший вид, ноль косметики на лице и пучок на голове не до конца портят мой вид.

— Официантка, — медленно и как-то растеряно тянет Лена.

— Оставь ее мне…

Глава 4

РаянаЗвенит в воздухе неприятностями…

Делая шаг назад, осматриваюсь. Можно отсюда сбежать? Вот о чем вопил эти дни мой инстинкт самосохранения. В таких местах никогда нельзя расслабляться. На карте Москвы есть дофига красных зон, «Подземелье» — одна из них. Такие места лучше обходить.

Отступать нельзя, нельзя ставить себя в позицию жертвы. Но когда на тебя двигается машина-убийца обтянутая человеческой кожей, ты забываешь обо всем, чему научила улица.

«Оставь ее мне…» — будто вещь у друга решил одолжить! Как быстро меняются наши приоритеты, когда мы чувствуем угрозу. Несколько минут назад, я жалела урода, наблюдая за его бездыханным телом на ринге. А теперь жалею, что он очухался. Звериные инстинкты живут в каждом из нас, просто определяются и проявляются по-разному.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Лены.

«А не прифига ли ты?» — всем своим видом даю понять, еще и головой мотаю.

— Мне пар спустить, бабками не обижу, — замечая мою реакцию, Рокки решил поуговаривать.

— Нет, — твердо, несмотря на парализующий страх.

— Антон, — оборачиваясь к владельцу кабинета. — Хочу эту девочку… — кивнув на меня, будто непонятно, о ком речь. Я не совсем понимаю, кто тут хозяин. Рокки ведет себя нагло и развязно.