До главного входа оставались считанные шаги, когда дверь открылась и — Денис едва не протер глаза — на крыльцо выпорхнула Евгения. Девушка что-то напевала, пританцовывая — в ушах он заметил наушники, провод от которых скрывался в нагрудном кармане рубашки. Черт, эта рубашка! Простая, в светло-зеленая, в мелкую клетку, стянутая на животе узлом…

Денис сглотнул и встретился глазами с Женей, увидев, как расширились её зрачки.

— Ты? — неверяще.

— Я, — покаянно, с еле сдерживаемой радостью. Глаза охватили всю фигурку девушки — от тонкой рубашки, выгодно подчеркивающей грудь и обнажающей животик, до джинсовых шорт.

В паху налилось тяжестью желание, ладони вспотели, хотя, казалось, он и так был весь мокрый от пота.

— Женя, я… Я соскучился и приехал раньше. Это тебе, только он немного завял, — неловко всунул в руки жены поникший букет. — Слишком жарко, он не вынес два часа на солнце.

— Спасибо, — она взяла цветы, прижала к лицу и звонко чихнула. — Ой! Наверное, их ещё можно спасти, если скорее поставить в воду. Подожди, я сейчас поищу какую-нибудь посуду.

Оставив мужа на крыльце, девушка скрылась в здании и вынырнула на улицу минут через пять, сжимая в одной руке трехлитровую банку, а в другой — вяленый букет.

— Идем! — она заперла дверь и позвала за собой Дениса.

Мужчина шел, не сводя глаз с девушки — черт, а ведь он и вправду не на шутку соскучился!

Женя похудела, но грудь, будто бы, стала больше, и ему это очень нравилось — взгляд, то и дело, цеплялся за «верхние девяносто», потом поднимался выше и ласкал сочные губы, перескакивал еще — и тонул в глазах Евгении.

Куда она его ведёт?

Девушка открыла ключами невзрачную дверь сбоку от главного входа и прошла внутрь, кивнув Денису:

— Сейчас воды наберу и поставлю цветы.

Он вошел и с удивлением огляделся — что это? Мониторы… А, привратницкая. Или, сказать иначе — комната охраны?

— А где сторож? — спросил он вернувшуюся жену. — Не погонит нас?

— Не погонит. Сторож — это я.

— Ты-и?

— Угу. А вот тут я сплю, — Женя махнула на диван у противоположной от мониторов стенки.

— Жень, я ничего не понимаю — в каком смысле — «тут я сплю»? — напрягся мужчина. — Кстати, я волновался — тебя нет ни в коммуналке, ни у родителей, ни у нас дома. И подруги не в курсе.

— Да тут же! Меня оформили сторожем, на полставки. И выделили комнатку, где я ночую.

Потрясенный Денис еще раз оглядел небольшое помещение.

— Здесь ночуешь?? Но — зачем?"

"— Во-первых, потому что мне некуда больше идти. А, во-вторых, потому что работаю ночным сторожем, что тут непонятного-то?

— Но, Женя, ты же могла вернуться в наш дом!

— Извини, День, но наша спальня была уже занята, а делить квартиру с неизвестной девушкой мне не захотелось.

— А…

— А в коммуналку ворвался мой отец.