— Наоборот, ты тут же убегала из комнаты, если я заходил в нее. Я настолько тебе не нравлюсь?

Я повела взгляд вправо и посмотрела на ладонь Рене. Он с такой силой сжимал перила, что на ладони проступили вены.

Он злился?

Почему?

— Я немного не понимаю, почему ты вообще все это говоришь мне. Особенно, если учесть то, что мы друг друга терпеть не можем. Но, во-первых, я не убегала. Слишком много чести для тебя….

— Неужели?

— Во-вторых, разве ты не должен радоваться? Что ты мне недавно сказал? Я самое паршивое, что было в твоей жизни. Так, вот сегодня мы видимся в последний раз. Разве не отлично?

Я не ждала его ответа. Я ждала момента, когда Рене наконец-то отойдет, а он этого почему-то не делал, из-за чего мы некоторое время просто молча смотрели друг на друга. Прямо в глаза и это было настолько странно, что даже казалось ненормальным.

— Может, наконец-то отойдешь? — я первая не выдержала.

Но Рене даже бровью не повел. Вообще никак не отреагировал. Лишь спустя несколько секунд он убрал ладонь от перил и сделал шаг назад. Вплел пальцы в черные волосы и ещё сильнее растрепал их. Слишком непривычно для настолько безупречного, идеального буквально во всем парня.

— Я отвезу тебя в Марсель, — в итоге сказал он. — Хочу поговорить с тобой. Сделаем это по дороге.

— О чем ты хочешь поговорить? — настороженно спросила. У нас же вообще не имелось тем для диалога.

— Садись в машину, — он подошел к громоздкому джипу и открыл дверцу. Раньше я этой машины не видела. Сколько их вообще у него? Как минимум, три.

— Если хочешь что-то сказать, говори сейчас. А до Марселя я доберусь на автобусе. Я все-таки предпочту, чтобы этот момент был последним разом, когда мы вообще видимся.

Наше «общение» следовало прервать. Немедленно. Раз и навсегда. Слишком ненормальным оно было и обоим действовало на нервы.

Из-за этого, я даже ни на мгновение не задумалась о том, чтобы сесть в машину Рене. Тем более, его доброта лишь настораживала.

Но все мои планы нарушил дождь, который хлынул с неба буквально через несколько секунд. Причем настолько мощно, что даже мгновения проведенные под ним, были подобны нырянию в озеро.

Сама намокнуть не боялась, но со мной был кот. И вот уже о нем я очень сильно переживала. Правда, все равно, тот момент, когда я садилась в машину Рене, для меня был настолько тяжелым, что я даже некоторое время нормально дышать не могла.

К этому нужно было как-нибудь привыкнуть, но совершенно не получалось, из-за чего первые полчаса дороги прошли в полной тишине. Я даже не спешила уточнять, о чем именно Рене хотел поговорить. Просто сидела и смотрела в окно.

До тех пор, пока он первым не нарушил тишину:

— Ты бы уехала вот так? Молча? — спросил он тем голосом, который был в разы мрачнее погоды, бушующей на улице.