Теперь, получив седьмой узел, я прекрасно видел — император не играет, он действительно осознает, какой кровавый кошмар развернется вокруг Российской Империи.

И он боялся… Боялся, что я сейчас встану и откажусь, наплевав на все разумные доводы, которые государь привел. Ведь в действительности настолько свободолюбивый мальчишка, каким я кажусь со стороны, вполне был способен так поступить.

— Мне нужен план, ваше императорское величество, — произнес я, выпрямляясь.

Несколько секунд Виктор Константинович даже не мог понять, что я сказал. Я видел по его лицу, что он страдает от собственной гордости, но готов торговаться.

Лишь затем в его глазах отразилось осознание. И затаенная надежда.

Хочу я того или нет — но я сильнейший чародей своей страны. И если бы я не слился с Иваном Владимировичем Моровым в единую личность, вполне возможно, я бы сейчас сидел не в кабинете императора, а восседал на пике Джомолунгмы, никуда не спеша, ни от кого не завися и не выныривая из медитации.

Но эта страна стала моим домом, Моровы — моим наследием, и пускай у меня пока не появилось семьи, я прекрасно помню своих студентов, которым еще только предстоит постигать все глубины магии.

И я не хочу, чтобы их вместо учебы отправили на фронт, где они сложат головы. И даже сидящий напротив меня мужчина, несмотря на то, что он ментально моложе меня на несколько столетий, воспринимается мной именно как император.

Мир новый, но я вновь возвел на трон человека, который, по моему мнению, был способен спасти страну от неминуемой гибели. Ведь не приди к престолу в междоусобицы Романовых сильный император, и Российскую Империю разорвали бы изнутри продавшиеся иностранцам дворяне.

Так же, как в прошлом мире нашу будущую Империю людей грозили стереть с лица земли безумные дикари, пользующиеся магией крови.

Но несмотря на то, что история похожа, в этот раз я не останусь сильнейшим. Слишком много одаренных вокруг, чтобы я не успел вырастить из них достаточно мощных чародеев, которые смогут постоять за себя и за свою страну. Пока что я — мощнейшее оружие Российской Империи, но через десяток лет таких, как я, уже будет слишком много, чтобы кто-то мог от нас избавиться.

А значит, я выполню то, что сам считаю своим предназначением, призванием и смыслом существования в этом мире.

То, ради чего я открываю глаза каждое утро. У меня есть Дело, которому я готов и хочу посвятить всю свою жизнь. Так что давать кому бы то ни было зарубить на корню только открывшуюся академию — это не по мне.

— Мне нужен план, ваше императорское величество, — повторил я свою фразу. — Кого или что нужно уничтожить, когда и где. Я не смогу в одиночку выиграть для вас войну, надеюсь, вы это понимаете?

— Разумеется! — с готовностью кивнул Виктор Константинович.