— Чтобы ваш организм вспомнил, как наращивать жизненную эссенцию, мне придется пропустить через него огромное количество магии.

— А это не навредит? — явно начиная волноваться, уточнил Денис Борисович.

— Нет, я контролирую все движение магии в этой комнате, — покачав головой, ответил я, закатывая рукава рубашки. — От вас требуется только стоять на месте. Можете двигать руками, разминать ноги. Главное — не покидать границы вашей печати. А теперь снимайте систему накопителей.

Откровенно говоря, разумеется, я мог бы снять ее сам, но мне было необходимо, чтобы троюродный брат решился на это самостоятельно.

— Хорошо, Иван Владимирович, — решительно выдохнув, кивнул Денис Борисович.

Он расстегнул рубашку и, выдернув ее подол из брюк, скомкал ткань и бросил в сторону за пределы ритуального рисунка. А затем потянул застежки зачарованных кожаных ремней. Я изъял почти полностью заполненные камни из портупеи и отправил их в ряд к остальным кристаллам. Мой троюродный брат отправил систему вслед за своей рубашкой.

— Мы начинаем, — объявил я.

Рисунок на полу вспыхнул так ярко, что Окунев зажмурил глаза от неожиданности. Впрочем, кроме этого он никак не выдал своей настоящей реакции. А я сосредоточился на работе.

Магические потоки, хлынувшие из искусственных кристаллов, вливались в меня, заставляя резерв дрожать от переполняющей его силы. Затем по ритуальному рисунку магия двигалась дальше, теряя свои разрушительные свойства. Достигая Дениса Борисовича, она уже практически была безвредна и готова к переработке в жизненную эссенцию.

Капля за каплей в его резерве затягивались дыры, оставленные отравлением. Пока еще маленькие частицы измененной магии вставали на место жизненной эссенции и преобразовывались в нее. Я услышал скрип зубов своего троюродного брата — процесс был не так уж приятен.

При этом, продолжая вбирать в себя силу из кристаллов, ее значительную часть я направил в формирование своего седьмого узла. Магия прожигала во мне очередную дырку, и стоило это огромных усилий. Непрерывно поддерживая поток, я следил за тем, чтобы резерв получил максимум возможного уже сейчас — дальше изменить его будет совсем не просто.

Если не подготовиться к открытию последнего узла в резерве, запросто можно получить мизерный и ни на что толком не способный. Или, перестаравшись, просто выжечь свой дар, а то и вовсе самого себя убить по неосторожности. Потенциал здесь значит лишь допустимый максимальный предел, но его ведь можно и не реализовать. Открытие седьмого узла — это финальный штрих чародея, квинтэссенция его таланта.