— Сейчас приедет дядя Антон и всех накажет. Не переживай.

— Дядя Антон привезет Марусю? — интересуется, заглядывая мне в лицо. Глаза уже немного привыкли к темноте, я могу различить контур предметов. Осторожно, чтобы не шуметь, подвожу Сонечку к унитазу.

Бросаю на закрытую крышку сложенное в несколько раз полотенце, сажаю девочку. Прислушиваюсь к звукам за стеной.

Не знаю, почему нам не оставили включенный свет, но вдаваться в такие подробности не собираюсь. Радуюсь, что расположение унитаза такое, что его не сразу заметишь. Он оказывается как бы за стеной."

"— Сиди здесь, — шепчу дочке. — Я сейчас.

— Не уходи! — плача просит меня. Ей очень страшно. А я…

— Сонечка, милая, я никуда не уйду, — заверяю ее.

— Обещаешь? — тут же летит в мой адрес полный надежды вопрос.

— Конечно! — активно киваю. Хочу улыбнуться, чтобы подбодрить, но она все равно не увидит. — Ты даже не успеешь посчитать от десяти до одного, как я тут же вернусь.

Оставляю дочку сидеть в укромном месте. В случае крайней необходимости заставлю ее залезть в шкаф для грязного белья. Там уж точно никто не найдет. Лишь бы Соня молчала. И ни единого звука не произнесла.

Подкрадываюсь к двери, прислушиваюсь. В квартире раздаются посторонние голоса, полные агрессии и злости.

Делаю резкий вдох, отступаю назад. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, оно срывается с тормозов от бешеной дозы адреналина.

Думай, Крис. Думай! Ты пока здесь одна. Ты обязана что-то придумать, чтобы дождаться Антона.

Он едет. Чехов скоро будет здесь!

Нужно совсем немного продержаться.

Хватаю швабру, при помощи нее фиксирую дверь. Запираюсь на замок, но это мне вряд ли поможет.

Я должна сделать что-то такое, чтобы сюда никто не вошел. Блин! А-а-а-а! Да что же такое?!

Озираюсь по сторонам, во тьме ничего не вижу. Кусаю ногти, тревожность зашкаливает так сильно, что просто пипец.

В голову ничего не идет. А потом…

Отбрасываю с пола коврики. Они не понадобятся. Моя задумка шикарна! Осталось ее осуществить.

Кидаюсь к полкам с банными принадлежностями. Действую практически наощупь, в темноте банки не отличить. Достаю все, до чего могу дотянуться. Разливаю по полу.

В ход идут шампуни и гели, детские, взрослые. Все, что есть!

С раковины хватаю банку жидкого мыла, откручиваю колпачок, выливаю на напольную плитку.

Ношусь из угла в угол. Вспоминаю, где есть что такое еще.

Звуки в квартире становятся громче. До моего слуха доносятся глухие удары. Подскакиваю от страха при каждом из них.

— Мамочка, что там? — шепчет Соня. — Слон?

— Да, милая, — говорю с трудом, не выдавая нарастающей паники. — Большой слон забрался к нам в квартиру и никак не может выйти, — несу всякую чушь.

Плевать! Не могу допустить, чтобы она закричала. Нельзя, чтобы вообще хоть звук произнесла.

Приближаюсь к дочери.