Там аниматор развлекает детвору. — Ну, я пошла, — произносит с непосредственностью. Оставляет легкий поцелуй на моей щеке и уносится к гостям.

— Ну мы с вами и намудрили, — смеется Вадим, притягивая меня к себе. — Молодец, сестренка, отлично держалась.

— Да ну тебя, — отмахиваюсь. — Ребенок в туалет пошел, а я уже панику развела. Это ж ужас!

— В нынешних обстоятельствах, подобное в порядке вещей. — Чехов встает на мою защиту.

— Может, объясните, что здесь происходит? — В наш разговор вмешивается Марк.

— Пойдем, поговорим. — Вадим подходит с моему бывшему мужу, отводит того в сторону. Мы с Ксюшей переглядываемся.

— Надеюсь, они забудут причину своего конфликта, — произносит с надеждой.

— Забыть вряд ли, — подвожу итог. — Но пусть уж общаться нормально начнут. Друзья же.

— Угу, — кивает. Смотрит на меня, на Антона. — Так где Маруся? Не одну дома вы же ее оставили.

— Нет, ты что! — вспыхиваю. Я никогда не обставила б ее без присмотра.

— Она у моей сестры, — сухо отвечает Антон.

— У тебя есть сестра? — Ксюша не скрывает своего удивления. Я же просто молчу и стараюсь не вникать в испытываемые чувства. Их слишком много внутри, если начну анализировать, то ни к чему хорошему это не приведет.

— Младшая, — поясняет. — Она переехала ко мне относительно недавно, но уже успела знатно вынести мозг, — усмехается. — Избалованная, эгоистичная девчонка. Единственная дочь в семье.

— В смысле? — не понимает Ксюша. — Как она может быть твоей сестрой и единственным ребенком в семье одновременно? — хмурится.

Внимательно всматриваюсь в лицо Антона, не может быть, чтобы он так решил пошутить. Воспроизвожу в памяти внешность Тони, сравниваю со стоящим рядом мужчиной и понимаю: общих черт практически нет.

— У нас разные матери, — поясняет. — Тоня выросла в новой семье моего отца. А как только ей исполнилось восемнадцать, отец и из второй семьи ушел. Мать Тони решила устроить личную жизнь, она молодая, ей тридцать семь всего на тот момент было, вот и оставили девчонку без присмотра. А та в свою очередь собрала свои вещи и переехала ко мне. Сюрпризом, — усмехается. — Пришлось воспитывать. Не выкидывать же на улицу. Она помимо меня никому не нужна теперь.

— Мда, — произносит Ксюша, озабоченно качая головой. — Никогда не понимала, в чем при разводе виноваты дети, — печально поджимает губы. — Ведь именно им приходится хуже всего.

— Лучше об этом не думай, — отмахивается. — У вас с Вадимом все будет хорошо. — Легкая улыбка касается краешков его губ, когда он бросает на меня беглый взгляд.

— Пойдем к гостям, — предлагаю, беря Антона под руку. — Там нас, наверное, заждались.

Мы возвращаемся на улицу, погружаемся в атмосферу празднования и веселья. Я смеюсь, пью шампанское и наслаждаюсь этим прекрасным днем.