Без внимания не оставил ни один сантиметр моей кожи, из-за чего я уже не узнавала ни себя, ни собственное тело. Насколько же сильно оно отзывалось на то, что со мной делал Райт. В этой пытке становилось послушным ему. Откликалось по каждому требованию, а их у Райта было много. Садист.

Я была расслабленной и, в тот же момент, напряженной настолько сильно, что даже самой себе казалась каменной. Правда, одно мгновение и вот уже я таяла, словно сладкая вата. Растекалась. Из-за этого расслабилась и потеряла рассудок. Существовала именно этим мгновением, но все оборвалось, когда Райт притянул меня к концу кровати.

Там вновь поставил на четвереньки и я сквозь безумное биение сердца, отдающееся в ушах, буйствующим гулом, услышала звук расстегивающегося ремня.

Глава 12 Ночь

Крупинки пороха рассыпались по коже и тут же вспыхнули. Пронеслись пагубным покалыванием не только по коже, но и по душе. Дотла сожгли сознание. Но все равно сквозь пелену до меня дошло насквозь пронзающее чувство — ощущение того, что я находилась не на своем месте. Наверное, так бывает, когда ты живешь одной, уже привычной жизнью, а потом тебя резко отбрасывает в другую.

Рядом с Матсом все было именно так. До встречи с ним я являлась еще совсем девчонкой. Он же делал с меня женщину.

Я хоть как-то привыкла к тому прошлому Райту, но к этому — нет.

Матс вновь прикоснулся ко мне обнаженной рукой. Сжал ею талию, удерживая в таком порочном положении. Той же рукой, которая была скрыта перчаткой, он расстегнул сначала ремень, а затем ширинку. В тишине комнаты шорох одежды прозвучал оглушающее громко и я потянулась вперед. Сама не понимала, что это за движение. Возможно, последняя и до невозможности отчаянная попытка вырваться и остановить то, что происходило.

Она исходила глубоко изнутри. Гулко дребезжала и бунтовала — это была та сторона меня, которая ненавидела Райта и, несмотря ни на что, всегда будет это делать, ведь невозможно забыть и простить то, что он говорил и делал. Из-за этого глубоко внутри меня бурлило отторжение и понимание того, что я вот-вот займусь чем-то настолько интимным с человеком, которого ненавижу каждой частичкой своей души.

— Зачем все это нужно? — спросила прерывисто.

— Потому, что я этого хочу.

— Животное, — судорожно выдохнула, чувствуя, как его горячий и до предела возбужденный член прикоснулся к моему лону.

Новый всплеск бешенных искорок прошелся по телу и те угольки сознания, которые еще тлели, в этот момент окончательно потухли. Жажда их погасила. Удушила и закрыла собой, заставляя забыть обо всем, кроме альфы. Его гона и голода, которые били по мне и сковывали. Окончательно подчиняли зверю, бушующему внутри ледяной души Райта. Я услышала треск и грохот — стены покрылись трещинами и в воздухе повисло безумие.