Иначе мама вновь ощутит ту боль, от которой так долго избавлялась.

Но, с другой стороны, я была рада тому, что уже теперь она улыбалась искренне.

Вечером, когда Лестер заснул, я, сидя на кухне, листала соцсети. Искала информацию на всех, кого знала и замечала, что у каждого из них жизнь продолжалась. Менялась. Приобретала краски, которые уже не касались меня.

Примерно в полночь в дверь позвонили. Я как раз вышла из душа и, взглянув в глазок, увидела Арса.

— Что-то случилось? — спросила, открывая дверь.

— Нет. Ты уже собиралась спать?

— Да, но сомневаюсь, что засну.

— Тогда, может, выпьем?

Я кивнула.

Много пить не собиралась, ведь на мне была ответственность за сына, но от бокала вина отказываться не стала.

— Я хотела поблагодарить тебя, — сказала Арсу. Мы сидели на балконе. Тут было очень комфортно. Немаленькая площадь, на которой находились экзотические деревья в горшках. Стол и несколько стульев.

— Не за что.

— Нет, — я посмотрела на свой бокал. Арс пил что-то покрепче, но в свой стакан тоже налил немного. — Знаешь, когда ты сказал, что мои приемные родители только через два года вернулись в свою квартиру, я сразу поняла, что ты, как минимум, время от времени, интересовался тем, как у них дела.

Сегодня я в сети искала информацию на них и увидела, где работают мама и папа — на заводе Лиама. Сами они там не получили бы работу и Лиам меня не помнит, значит, помочь не мог. Но меня помнишь ты. Думаю, это ты помог и моей сестре со стипендией в университет. Я не знаю, почему ты все это сделал, но очень благодарна тебе.

— Почему я это сделал… — Арс посмотрел куда-то в сторону. Нахмурился. — Пойдем. Хочу тебе кое-что показать.

Я поставила бокал на стол и последовала за альфой.

Мы прошли по коридору и зашли в одну из спален. Дверь в эту комнату была закрыта на электронный замок, но Арс его разблокировал.

Пока я осматривалась по сторонам, он достал из шкафа картонную коробку. Поставил ее на подоконник.

— Что это? — спросила, подходя ближе.

— Твои вещи.

Я приподняла бровь и, увидев, что Арс кивнул, открыла коробку. То, что там находилось, было трудно назвать вещами. Все жженое. Сгоревшее. Но все же я узнала свою статуэтку, несколько ручек и другую мелочевку, которая, судя по всему «выжила» после пожара. Еще тут в пакете лежала та одежда, в которой я ходила будучи в особняке Лиама.

— Ты хранил это пять лет?

— В эту квартиру я переехал почти сразу после твоего исчезновения. Решил, что, если сходить с ума, то лучше делать это в одиночестве.

— То, что я пропала, так сильно подействовало на тебя? — я достала из коробки ежика. Я сделала его еще в начальной школе.

— Ты изначально сильно подействовала на меня. Когда я только увидел тебя и узнал, что ты дочь Лиама, ты начала меня раздражать. Еще никто и никогда так не злил меня, как ты.