И после этого наконец-то поговорила с Лестером. Я село перед ним и посмотрела на своего сына. Он был копией Райта. Разве что глаза были такого же цвета, как у Лиама.

— Ты родился тут и этот остров является для тебя домом, но у нас есть возможность уплыть. Хочешь ли ты этого?

— Я вижу, что этого хочешь ты, мам. И я поддержу любое твое решение, — Лестер взял меня за руку. Его ладонь была еще маленькой. Он совсем ребенок, но, когда я его слушала, забывала об этом. Мой маленький мужчина. — И я хочу увидеть тот мир, о котором ты рассказывала.

Я кивнула и поцеловала Лестера в щеку.

Я желала вернуться, но и решение сына мне было важно.

— Папу мы увидим, если уплывем?

Услышав этот вопрос, я застыла. Сын часто спрашивал про папу, про дедушку и про бабушку. Я видела, что он очень сильно хотел с ними встретиться.

— Я очень надеюсь, что да, — я обняла Лестера.

Оставшиеся дни прошли в суматохе. Я все никак не могла поверить в то, что вот-вот покину это место. Оно стало для меня родным. Я провела тут пять лет, но казалось, что целую жизнь. Тут была счастлива и могла бы остаться.

Но тут не было Райта. Время шло. Оно могло бы притупить то, что я чувствовала, но с годами становилось только тяжелее.

Без Матса задыхалась и невыносимо сильно желала опять его увидеть.

Когда пришло время уплывать, я долго обнимала Кару и обещала, что мы обязательно опять увидимся. Благодарила ее за все. Вновь говорила, что люблю.

Во время отплытия корабля, я неотрывно смотрела на остров и в груди все сжималось. Меня успокаивало только то, что в моей руке была маленькая ладонь Лестера. Мой сын. Моя любовь. Моя поддержка. Мое все.

Я понимала слова Кары. Лестеру тут и правда было тесно. Даже несмотря на то, что мой сын все еще был ребенком, альфа в нем требовал чего-то большего.

Он нуждался в знаниях. Пространства для маленького волчонка. Даже на корабле он все изучал и задавал мне миллиард вопросов.

И на острове он был одинок. Я знала, что Лестера не задевал страх других детей и то, что они его избегали, словно чудовища. Но все же мне для него хотелось другого.

И я видела, что даже взрослые мужчины, которые были на этом корабле, опасались моего сына. Его энергетика их душила и я неоднократно слышала шепот:

— Разве альфа должен быть таким?

— Ему не то, что восемнадцати нет.

Он еще ребенок…

— Он, как маленькое чудовище…

Мужчину, назвавшего моего сына чудовищем, я ударила. Благодаря Каре умела это делать и даже сломала нос этому уроду. Я никому не позволю так называть моего сына.

Но, смотря на Лестера, я понимала, что ему нужен был Райт. Сыну передалась энергетика отца и, сколько бы я не разговаривала с сыном, понимала, что только Матс мог обучить его полному самоконтролю.

Мы плыли долго. Казалось, что еще одну отдельную жизнь, но в один день возник просвет.