Таня снова ахнула.

– Паш…

– Помолчи, а?

– Грубиян.

– Молчи, я сказал. Бабушку свою разбудишь.

Последний довод для Тани сработал безотказно. Она шикнула и в ответ провела языком по шее Паши, уделив больше времени ямочки у основания. По позвоночнику от невинной на первый взгляд ласки прокатилась огненная лава. Член уперся в боксеры, требуя, чтобы его выпустили на свободу.

Таня на этом не остановилась. Воспользовавшись тем, что он был фактически раздет, потерлась промежностью о его торс!

Точно зараза!

Издав угрожающий рык, будто обещая тем самым, что придет время и он отыграется за всё, направился к дивану.

Только бы тот выдержал…

Паша вовремя вспомнил, что расшатывать мебель нельзя. Начнет ударяться о стену – придут непрошеные гости, и потом красней, как мальчишка, которого застукали, когда он залез подружке под юбку и в трусики.

Краснеть Павел явно не собирался. У него были другие планы.

Дольник снова поцеловал Рапунцель. Ещё и ещё.

Сладкая. Вкусная. Мягкая.

Доверчивая."

"Как такую не взять? Не присвоить?

Павел сел на диван, продолжая удерживать Таню сверху. Она, поерзав, дразня и воспламеняя в нем кровь, тоже не спешила съезжать с его бедер.

Вот как тут будешь нежничать, если первый голод толком не удается удалить?

Может, послать всех к черту и похитить девочку на несколько дней? Улететь с ней на берег теплого моря и не выпускать из номера несколько дней под негромкий плеск волн? Идея ему понравилась. Осталось получить согласие от Тани.

В чем у них было идеальное взаимопонимание, так это в сексе. Она создана для него. Вон как сладко отзывается, туманя рассудок.

Паша собственнически забрался под хлопковую футболку и едва не зарычал, не обнаружив препятствия в виде бюстгальтера. Правильно, она же спать ложилась. Или… ждала его приглашения?

Дотронулся до соска. Маленький, острый. Такой привлекательный. Зовущий. Приглушенно выругавшись и больше не церемонясь, задрал футболку кверху и нашел губами сосок. Сразу же приласкал, втянул в себя, поиграв языком. Таня сильнее вцепилась в его плечи, царапаясь. Её ноготки тоже ему нравились. Она никогда не перегибала палку, не оставляла следов.

Мужчина сильнее втянул сосок в рот.

Таня выгнулась, подставляя себя.

Второй рукой Павел дотронулся до округлившегося животика. На несколько секунд задержался на нем, поглаживая ещё и ещё. А потом нырнул за резинку пижамных штанов.

Трусики на Тане имелись. Зря. Что ж не сняла, малышка?

Пришлось отодвигать ещё одну резинку, чтобы, наконец, добраться до желанной плоти.

Паша коротко приласкал лобок. Потрогал и нырнул дальше. Мокренькая…

– Тихо, помнишь?

– Да.

– Приподнимись.

Таня с готовностью соскользнула с его колен.