Взяла сиреневатую конфету и отправила её в рот, не забыв громко застонать, когда нежный карамельный вкус обволок полость рта.

Таня не удержалась и громко застонала. Вкус у конфеты оказался божественным.

– Это невероятно… Это нечто!

За первой последовала и вторая.

На некоторое время Таня выпала из реальности. Если бы рядом взорвался снаряд, вряд ли он привлек бы к себе её внимание. Раньше, до беременности, Таня немного со снисхождением слушала, как ей казалось, намного преувеличенные истории про искаженные вкусы беременяшек и их капризы. Как это нельзя справиться с дикими, нерациональными потребностями и желанием получить фисташковое мороженное в три часа ночи? Таня считала такие рассказы преувеличением и капризами.

Все мы взрослые женщины. И от того, что женщина забеременела, она не перестала быть взрослой и самостоятельной.

Сейчас Таня забрала бы все свои пусть и невысказанные мысли обратно.

Девушка поедала четвертую конфету, когда желанное лакомство ускользнуло из её рук.

У неё самым наглым образом отобрали коробку.

– Эй! – Таня не успела возмутиться, как последовал дальнейший беспредел.

Она настолько увлеклась поеданием сладостей, что забыла, с кем стоит рядом.

Павел.

Всё это время он наблюдал за ней. И когда Таня взглянула ему в лицо, намереваясь продолжить возмущения, слова застряли в горле. Паша смотрел на неё, прищурившись, и на дне его ореховых глаз отчетливо полыхала тьма. Она распластала щупальца, словно окутывая ими своего хозяина.

У Тани резко подскочил адреналин в крови. Сердце забилось сильнее.

Через секунду конфеты оказались снова на полке, а Таня – прижата спиной к шкафу. Павел встал напротив, расставив руки по обе стороны от девушки, поймав ту в плен своего тела.

Таня моргнула. Ещё раз, внезапно осознав, что происходит.

И что мужчина ближе, чем того требовалось.

А ещё – насколько он выше её. И плечи у него… Черт, на плечи она уже не раз делала акцент. Точно гормоны бушуют.

И ещё как, если учитывать, что кожу закололо. Приятно так.

Павел дышал рвано, тяжело. Его взгляд был красноречивее любых слов.

Таня не могла остаться равнодушной. Как ни старалась.

В поцелуе они ударились зубами, когда губы соединились. Паша подался вперед, меняя положение тел и рук.

Одну руку он сразу переместил на талию Тани, вынуждая ту выгнуться в пояснице. Мужчина целовал девушку с жаром. Со страстью, которую не скрывал. Таня расслабилась в его руках. Ей хорошо… К чему скрывать? То, как она реагировала на Дольника, поражало. По крайней мере, её саму. Её тянуло к нему физически. Может, нечто подобное с ней приключилось и в Вегасе?

Павел сделал шаг вперед, уничтожая расстояние между ними. Толкнулся вперед, показывая, насколько возбужден. Таня мысленно ахнула.