Если не знать, то и не поймёшь, в чём дело. За несколько часов успеваю разгрести основные моменты и связаться с коллегами из других отделений. Похоже, все искренне радуются, что я вышла из отпуска, и легко соглашаются помочь, чтобы побыстрее вернуться в нормальное русло. Даже просить никого особенно не пришлось! Удивительно…

– А что ты хотела, Аннушка Николаевна, – говорит мне врач-рентгенолог, с которой мы пошли пообедать, а заодно обсудить пару рабочих вопросов. – Народ за эти дни от вашего заведующего настолько… кхм… офигел, не сказать бы хуже!

– Ой, не начинай, Алла Ивановна, – морщусь. – Мне уже все, кто мог, на него нажаловались.

– Ну, а что поделать, если он как бешеный был последнюю неделю, – пожимает плечами женщина и тут же вздрагивает. – Ой, явился! Ладно, пошла я. А то попаду под горячую руку ещё! Чуть позже забеги, как раз все заключения на последних пациентов проверю и отдам тебе.

Оборачиваюсь и вижу Никиту на входе в столовую. Коллега испаряется моментально, а у меня ещё полная тарелка! Мелькает мысль бросить всё и тоже уйти, но… я голодная. Да и вообще, что за детский сад. Поэтому сосредотачиваюсь на тушёных овощах и котлете. Надеюсь, он ко мне не подойдёт.

– Анна Николаевна, могу я к вам присоединиться?

Надежды не оправдались. Со вздохом поднимаю глаза. Добрынин садится напротив.

– Вы ведь уже присоединились, смысл спрашивать.

Упрямо продолжаю есть, мужчина тоже берёт вилку, но просто крутит её в руках.

– Я хотел узнать… как у вас дела?

Мне хочется закатить глаза. Что за вопрос?

– Всё отлично. Я успела проверить документацию и обнаружила, что…

– Нет, я не о работе, – перебивает торопливо.

– Мои нерабочие дела вас не касаются.

Да, грубо. И невежливо. Ну, для меня – я никогда не разговариваю с людьми в таком тоне. Но во-первых, он заслужил, а во-вторых, это заставляет его замолчать. Быстро доедаю обед, хирург к своей тарелке даже не прикасается.

– Никита Сергеевич, – поднимаюсь и смотрю в глаза вскинувшему голову мужчине, – мне нужно будет с вами поговорить.

Он поднимается с места тут же.

– Да, конечно, идёмте.

– Вы не поели, – качаю головой, – это ждёт…

– Я не голоден.

С сомнением смотрю на хирурга. Он совершенно точно слегка похудел. Ладно, взрослый мальчик, переживать ещё за него.

В кабинете, куда мы приходим, мне немного не по себе. Слишком тут… много воспоминаний. Но стараюсь сосредоточиться.

– Присядете? – Никита кивком головы указывает на стул, выдвигает его.

– Нет, пожалуй, не стоит, – делаю вдох. – Никита Сергеевич, я хочу перевестись.

– Куда?! – спинка стула под его руками внезапно издаёт отчётливый скрип.

Эм-м. Такой бурной реакции я не ожидала.

– Из ординатора в дежуранты. Как вы, возможно, помните, я была врачом-дежурантом, когда вы только пришли в отделение.