Если кто посторонний что о жителях Повалкова выяснить захочет, ему посоветуют ко мне обратиться. Сплетен я не распространяю, честно говорю: этот драчун, тот врун, третий отличный парень, с ним можно дело иметь. Слушаю брата и молчу. Михаил подключился:

– Гриша, он же Федька, женат, рядом с Повалковом теперь живет. Супруга ничего о его настоящем детстве не знает. Он ей биографию погибшего Николаева изложил.

Я изумилась:

– Вы же говорили: дом только строится.

Они стали наперебой объяснять. Ну, да, еще не отделан полностью, но жить-то можно. Небось заметили на моем лице не самое веселое выражение, изменили просьбу: «Просто скажи, что ты о нас ничего плохого не слышала».

Тут не поспоришь. Не слышала. Ушли они, наконец. Я не поленилась, позвонила Семеновой, она и бухгалтер, и пропиской тогда ведала. Поинтересовалась у нее:

– Подскажи, в Повалкове есть Михаил Носов?

Аля в ответ:

– Да, не так давно поселился, дом купил. Тихий такой, с бородищей. Пожилой. Не пьет, не курит, у ворот на лавке не сидит. Где-то работает, часто уезжает рано утром. Машина у него есть.

Я дальше спрашиваю:

– Дом в лесу у развалин кто строит, знаешь?

Семенова объяснила, что участок несколько раз из рук в руки переходил, потом его Федор Гусев подарил Григорию Николаеву.

Тот дом построил, в лесу поселился с семьей, недавно жить там стали.

Потапова замолчала, потом продолжила:"

"– Братья явно что-то недоговаривали, но если с другой стороны на ситуацию посмотреть. Слышала я о них нечто плохое? Нет. Михаил выглядит старше своего возраста, похож на старика? Да. Но борода, усы и волосы седые до плеч – все это кого угодно сделает похожим на деда. Где вранье? То, что мне сказали: дом строится? Вон мои соседи тридцатый год строят.

То крыльцо меняют, то двери, то крышу перекрывают. И всей семьей в избе живут. Федя-Гриша объяснил, что он гимназией владеет, мы с ним немного на эту тему поговорили, вот тут, думаю, он правду сказал. Есть мелкие детали, которые только директору школы известны. Про Михаила из разговора я ничего не узнала. Чисто внешне они выглядели достойно, аккуратно одеты, на алкоголиков-наркоманов не похожи. Вроде все нормально.

Нелли Ильинична приложила ладонь к груди.

– А тут скребет. Вот прямо сердцем чую – что-то не так. И пошла я в храм. Он в пяти километрах от Повалкова находится. Нашла отца Дионисия, прекрасно батюшку знала, дети его у меня в школе учились, спросила:

– Григорий Викторович Николаев вам случайно не знаком?

Священник обрадовался:

– Да, да! Недавно ходить к нам стал. Щедрый благотворитель, помогает храму материально, денег дал на реставрацию иконостаса. Прекрасный человек, жена при нем, дети.

Вот про Михаила он ничего не слышал. Я и успокоилась.