Ох, ничего себе! Нас учили сражаться в легких доспехах, а тут кираса весит больше меня!

— Стройся! — послышался приказ, а я быстро встала в строй.

— Ангус Миллис! — рявкнул боевой маг, а справа послышалось икотное: «Я!». Сердце бешено стучало, пока мимо нас громыхали доспехи.

— С жопы драконья чешуя! — послышалось тут же, сопровождаемое тяжелыми шагами. — Ирван Лорк!

— Я! — отозвался голос на том конце, пока я усиленно вспоминала, как меня зовут на этот раз.

— Зуб воробья! — послышался раздраженный голос, пока все знакомые воробьи записывались к стоматологу. — Лорэлл Мильтон!

— Я! — крикнул бас, а я мысленно прикидывала, как проходят мои скромные похороны под скромную, но очень торжественную музыку.

— Кол в штанах упыря! Ноэль Гриш! — поражал мое неподготовленное воображение боевой маг.

— Я! — послышался голос неподалеку, пока тяжелые шаги намекали мне на тяжелую трудовую неделю.

— Из ежей простыня! — процедил чем-то явно недовольный Еж, пустив собратьев на комплект постельного белья. — Индра Блэквуд!

— Я! — крикнула я, пытаясь прикрыть руками грудь. Вспомнила! Ура! Надо мной снова нависала тень Ежика. Он позеленел и стал напоминать кактус.

— Демона сопля! Это что за вид не по-уставу? Сейчас я разберусь, как следует и накажу кого попало! Три круга вокруг цитадели! Шагом марш! Помни, что сапоги — лицо боевого мага!

— рявкнули на меня, а я посмотрела на суровую щетину и прочие достопримечательности физиономии Ежа, и мысленно возразила, что сапоги бывают посимпатичней. — Остальные

— готовиться к уроку! Следующий урок у вас будет через сорок минут! За мной, сопля!

Прямо в том, в чем мать родила и Академия предоставила, зажимая руками оголенную грудь, я ковыляла вслед за тренером моей сборной внутренних органов.

— Ты — отрыжка грифона, чему тебя в твоей Академии учили? Заклинания мямлить? Ну-ну! Тебе еще экзамен сдавать, жертва неудачного заклинания! — рычал преподаватель, а я зябко ежилась и шла за ним. Нервные клетки устроили массовое самоубийство, когда мы вышли на улицу, а мой глазомер оценил будущий бег с препятствиями в виде «Ой! Как в боку колет! Ай! Как ножки болят!».

— А можно рубашку надеть? — вежливо уточнила я, глядя на размеры Академии и понимая, что больничные мне выдадут посмертно.

Суровый маг обернулся, нависая надо мной так, что я почувствовала себя микробом.

— Можно василиска за письку, дракона с разгона, злого духа в левое ухо! — рявкнули на меня, пока я понимала, что мои скромные потребности протестуют против таких возможностей.

Неуклюжей трусцой, я побежала вдоль стены, слыша, как звенит единственный сапог и шлепает босая нога.