А затем старуха расправила крылья и взмыла в небо.

Волнение почти сразу уступило место спокойствию. Рядом с воплощенной пустота внутри уже не казалась такой пугающей. Поэтому прекрасный вид, который открывался со спины драконицы, довольно быстро перестал интересовать меня. Совет Роу пришелся кстати — я с чистой совестью распласталась на гладкой чешуе и задремала.

Я проснулась, когда мы начали снижаться. Села, протерла глаза и обомлела. Над нашими головами уже вставало солнце. Место, куда спускалась драконица, оказалось совершенно незнакомым. Даже подернутые рассветной дымкой горы казались чужими. Так далеко я еще не забиралась.

Под нами простиралась странная скала, которая петлей опоясывала долину. В ней теснились огрызки каких-то построек. Мы спускались в заброшенный город. Когда под крыльями Роу начали мелькать остовы каменных стен, мое внимание привлекла башня. Она располагалась на одном из отрогов. А на вершине ее сиял поистине огромный голубоватый кристалл, который по огранке напоминал каплю. Наверное, этот камень размером с меня… Где они такой откопали?

Тут мне пришлось отвлечься от созерцания башни, потому что лапы драконицы коснулись земли. Магия бесцеремонно выдернула меня из седла и поставила на ноги. А затем прекрасное существо снова обернулось вредной старухой в коричневом балахоне. Я подняла взгляд на башню и вслух спросила:

— Что это?

— Неважно. Это для воплощенных, — отрезала Роу. — Хватит ворон считать. Раздевайся.

Я повернулась к ней, изумленно хлопая глазами. И только в этот момент обнаружила, что мы стоим на берегу небольшого озерца с мутной водой.

— Раздевайся, — повторила старуха. — Я не собираюсь здесь ночевать с тобой.

Я все равно медлила, и ей снова пришлось поторопить:

— Чего стоишь? Здесь никого нет, кроме нас.

Озеро будило внутри странные ощущения, и я не сводила с него глаз, пока стягивала с себя форму и белье. Роу остановилась напротив меня и начала разглядывать. Когда она заметила метку адептки под ключицей, по ее губам скользнула усмешка. Затем старуха посмотрела на мой живот.

Я тоже опустила взгляд и едва не застонала. Белые линии стали отчетливыми. Изящные завитки окружали пупок и уходили вниз. Только в этот момент я ощутила, что рисунок проснулся — противный холод расползался по животу.

Я поежилась и стиснула зубы. А Роу подошла ко мне и неожиданно серьезно произнесла:

— Знаю, ты ненавидишь эту часть себя. Наверное, так тебя учила мать. Но сейчас наличие этой силы тебе поможет.

— Как? — напряглась я. — Эту магию сможет использовать только тот, кто заберет ее вместе с моей невинностью.

— Тот, кто заберет твою невинность по договору с родом, — поправила меня старуха.