Неизвестно, посещала ли когда-нибудь мадемуазель де Лавальер принадлежавшие ей владения, но отныне она стала именоваться герцогиней Вожур. Сама Луиза у любовника ничего не просила, но и от подарков не отказывалась. Она получала через Кольбера крупные суммы и тратила их быстро и безрассудно.
Но уже в 1666 г. придворные стали замечать признаки охлаждения короля к своей фаворитке. У Людовика XIV появилось новой увлечение — замужняя дама, маркиза Атенаис де Монтеспан, которая за все время их связи родила королю восьмерых детей.
Жестокость Его Величества, казалось, была безграничной.
Людовик заставил Луизу стать крестной матерью его дочери, которую родила Монтеспан. На следующий день после крестин брошенная фаворитка отправилась к настоятельнице монастыря, расположенного на бульваре Сен-Жак в Париже и принадлежащего ордену Босоногих Кармелиток, с просьбой постричь ее в монахини.
В течение двух месяцев Луиза часами стояла на коленях перед порогом монастыря и, в конце концов, своими мольбами тронула сердце настоятельницы. В монашеской келье она провела 36 лет — большую часть своей жизни. Молодая, полная сил Луиза ушла в небытие. При дворе Людовика XIV наступила «эпоха Монтеспан».
Но надо сказать, что произошло это не вдруг. Атенаис давно мечтала о Людовике и добивалась его внимания всеми возможными и невозможными способами, даже приняла участие в «черной мессе», проведенной знаменитой колдуньей Катрин ла Вуазен и предводителем парижских сатани-стов, отступником-аббатом Гибуром. Во время «черной мессы» Атенаис обнаженная лежала на алтаре, а на ее животе приносили в жертву младенца… Когда король одарил ее своим вниманием, Атенаис сочла это результатом сатанинских ритуалов и стала еще чаще посещать «черные мессы» в надежде стать его единственной фавориткой.
Франсуаза Атенаис де Монтеспан происходила из знаменитого аристократического рода. По своему внешнему облику она отвечала тогдашним придворным вкусам: полная, светловолосая, с голубыми глазами. Но новая фаворитка не отличалась ни манерами, ни благородным характером. Ей, правда, нельзя было отказать в уме и наблюдательности. Ее злого языка боялись, и не без оснований: она не щадила никого, лишь бы развлечь и заинтересовать Людовика XIV.


















Комментарии
Добавить комментарий