Он мог бы участвовать в воспитании своего сына, а не просто оказывать благотворительность. Вдруг он отнесся бы к нам хорошо?! Фу, снова в носу щиплет.

– У нас есть всё и даже больше, – отвечаю, чтобы не молчать.

Хотя в целом говорю правду. Что касается вещей и продуктов точно. Поднимаюсь с кровати, сцепляю руки на груди. Подхожу к комоду, упираюсь в него спиной. Ястребов осматривает меня с головы до ног, но вряд ли видит что-то необычное. Синие джинсы, бежевый трикотажный джемпер и волосы, убранные назад в «дракончик».

– Может, возникли какие-то другие проблемы?

Он все же заметил мой зареванный вид. Морщусь и снова не вру.

– Ничего заслуживающего внимания.

– Аврора… – в его тоне появилось раздражение.

Мужчина идет напролом во всех смыслах. Он делает несколько шагов и оказывается совсем близко. Руку протяни.

– Что? – поднимаю голову."

"Мне трудно удержаться от соблазна рассмотреть его с такого расстояния. В голове то и дело крутилось – бред, это не отец твоего малыша. Но сейчас я вижу родинку недалеко от уголка его левого глаза. Ближе к переносице. И еще одну под нижним правым веком… Я рассматривала их, пока мы болтали в первую встречу. Это точно он. Мои глаза снова становятся влажней.

– Ну как это что?! Вы же плачете! – Антон повышает голос как будто от безысходности.

Я отшатываюсь, капли прыскают на щеки. Уф. Быстро стираю их ладошкой, но, кажется, не до конца.

– Со мной порядок, правда! – тараторю. – Это так… накопилось.

Всё реально пришлось одно к одному. Мужчина только качает головой и, слава богу, молчит. Но выдыхать оказывается рано. Вместо дальнейших расспросов он просто берет меня за плечи и прижимает к своей груди. Я инстинктивно съеживаюсь и так уютно размещаюсь на его железном торсе. Не думала, что твердость может быть такой комфортной.

Я даже не в состоянии вырваться. Пригреваюсь в этих сумасшедших объятьях, дышу его запахом. «Лесной» парфюм, чуточка города и тепло мужского тела. Последние нотки я особенно стараюсь вычленить. Аврора! Но внутренний голос бессилен перед возможностью просто расслабиться в сильных руках. Понимание, что это ненадолго, вдруг накрывает мощной волной. В животе щекочет, легкие сжимаются. Из меня вырывается стон и новая порция слез.

– Тише, тише… – Антон с силой гладит меня по спине.

Он тоже явно напрягся. А я собираю все силы, чтобы взять себя в руки.

– И-извините… – бормочу, но снова судорожно, с жадностью вдыхаю воздух у его рубашки.

Глава 8

Упираюсь легонько в грудь Ястребова, выбираюсь из его рук и делаю шаг назад. Сразу становится холоднее. Обнимаю сама себя ладошками, хотя это не заменит и сотой доли недавних ощущений. Поднимаю глаза, вижу – он пробегается взглядом от моих ресниц до подбородка.