Небо было серым, как рифовая акула, моросил дождь, а стеклоочистители размазывали грязь по лобовому стеклу. Поездка, казалось, тянулась бесконечно. Наконец Карима доехала до верхнего плато, откуда вёл головокружительно крутой спуск в долину. При других обстоятельствах Карима припарковалась бы где-нибудь в кустах и пошла дальше пешком, но сейчас на это не было времени. Где же включается полный привод? Где-то была кнопка – а, вот она!

Прошептав «Вперёд», Карима убрала ногу с педали тормоза, и машина под собственным весом покатилась вниз по почти отвесной грунтовой дороге. «Господи, я же вот-вот перевернусь!» Карима едва не вскрикнула, но от страха у неё перехватило дыхание.

А потом она приехала в долину. Остановившись, Карима включила нейтральную передачу – двигатель урчал на холостом ходу. Футболка на ней промокла от пота, ноги подгибались. Карима попыталась добежать до посёлка, но из-за боли в левой ноге ей то и дело приходилось останавливаться.

На полпути её перехватил молодой азиат Джонни:

– Ну что, вернулась? А где Леон?

– Его схватили, – выдавила Карима.

Через несколько минут она стояла на площадке для собраний и рассказывала окружившим её ноу-комам, что произошло. Молодые люди серьёзно её слушали.

– Длинный Т., попробуй связаться по рации с Джоной Симмондсом – может, он на «Милой Люси» сейчас поблизости, – спокойно скомандовал Джонни. – Карима, принеси всё, что тебе понадобится в пути, вещи Леона – у Эллин. Лия, вы с Каримой примерно одного телосложения – одолжишь ей купальник? А ты, Таммо, подготовь самую большую доску для сёрфинга, чтобы провезти Кариму через прибой к судну.

Эллин ждала у двери хижины, держа в руках вещмешок с окси-скином Леона. Лицо у неё было озабоченное:

– Бедный Леон. Лучше бы остался здесь и наслаждался жизнью. Если он скажет ARAC, откуда узнал о проекте «Горячие источники», к нам скоро нагрянут непрошеные гости.

– Он ничего не скажет, – убеждённо проговорила Карима, хотя сама не была в этом уверена. – Не станут же его пытать? ARAC ведь не мафия.

– У крупных концернов свои методы расправы, – с горечью ответила Эллин, и Кариму бросило в дрожь.

Перед глазами у него была сплошная чернота, но он чувствовал, как бриз ерошит ему волосы. Леон глубоко вдохнул, и сердце у него сжалось от тоски.

Свежий солёный воздух прогнал из носа вонь вертолётных выхлопных газов и солярки. Вертолёт только что приземлился второй раз – судя по отсутствию привычных бортовых звуков, уже не на «Фетиде». Леон слышал лишь крики чаек да плеск волн, бьющихся обо что-то твёрдое. В лицо ему попали брызги. Где они с Тимом находятся – неужели на платформе посреди моря?! На глазах у него была тёмная повязка, а снять её он не мог: руки были по-прежнему связаны.