— Ты такая хорошая девочка, — говорит он, от чего у меня по спине пробегает дрожь. Его горячее дыхание щекочет мою чувствительную кожу, заставляя меня краснеть от желания.

Я не могу не выгнуться к нему, жаждая его прикосновений. Его хватка на моем горле слегка сжимается, его большой палец скользит по моей учащенной точке пульса. Другой рукой он проводит по внешнему краю моего бедра под платьем.

— Ты скучаешь по мне? — спрашивает он, его голос наполнен похотью и властностью. Я энергично киваю, не в силах говорить. — Сегодня вечером я попробую каждый дюйм твоего тела. Мой член заполнит каждую дырку, пока ты не переполнишься моей спермой.

Его пальцы скользят под тканью моего платья, исследуя каждый изгиб и щель моего тела, пока не достигают между ног. Они скользят по моему холму и между моими складками, прежде чем наконец остановиться у моего заднего входа. Я задыхаюсь, когда его большой палец дразнит тугое кольцо мышц вокруг моей задницы, посылая через меня волну удовольствия.

— Этот последний кусочек девственности будет моим."

"Но это не так, потому что удовольствие, проносящееся по моему телу, кажется предательством. В груди сжимается, и такое ощущение, будто мне на голову вылили ведро ледяной воды. Я почти забыла, что произошло за пределами Харуми.

Фотограф.

Фотограф.

Он целовал Саори в то же место, где заставил меня скакать на его члене.

Сжав челюсти, я отталкиваю его руку. На его лице отражается растерянность, когда я поворачиваюсь к нему лицом.

— Если ты хотел, чтобы мое тело полностью принадлежало тебе, то тебе следовало подумать об этом, прежде чем целовать женщину, которая не была твоей женой.

Кензо открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом, кажется, передумал. Вместо этого он хранит молчание, не удосужившись защититься или дать объяснение. Точно так же, как в ту ночь. Он грубо берет меня за руку и тащит к двери, даже не удосужившись ничего сказать.

Возможно, это и к лучшему.

В этом хаосе я забыла, что это за свадьба.

Деловая договоренность и не более того.

Сцепив руки вместе, мы идем в приемную, улыбаясь и кивая, пока нас поздравляют направо и налево. Сотни людей аплодируют, а возможно, и больше. Многих из них я узнаю, но есть и более чем значительная часть, которых я не знаю.

— Дыши, искорка, — шепчет мне на ухо Кензо. Я делаю глубокий вдох, стараясь сохранить улыбку, пока орды доброжелателей выстраиваются в очередь, чтобы передать свои поздравления.

В течение следующего некоторого времени я позволяла Кензо говорить большую часть времени, знакомя его только с людьми, с которыми он не знаком. Несмотря на то, что мой новый муж говорит, что этот брак ему нужен для бизнеса и социальных связей, он, похоже, неплохо справляется с этим самостоятельно.