Разработанный мною магический усилитель в виде кольца, главное свойство которого заключалось в том, что маг мог использовать не свою энергию при плетении заклинаний, а энергию родной стихии, должен был решить все мои проблемы. Но моя мечта о прекрасном и счастливом будущем развеялась ранним утром, когда не обнаружила на столе своей дипломной работы…

После пропажи проекта я не могла найти себе места. На защиту шла с чувством обреченности, еще не подозревая, как жестоко со мной обойдется судьба.

Что я им скажу? Как уговорить комиссию подождать ещё пару деньков, чтобы сделать новый артефакт?

Я вошла в зал, увидела знакомое лицо, улыбнулась, и в тот же момент у меня перехватило дыхание от ужаса и боли. У него в руках…

– Что ты наделал? Как посмел? – я бросилась к Ральфу. – Это мой проект! Я же доверяла тебе, рассказала обо всем… а ты… ты украл его у меня! – мой голос дрожал от волнения. Я не могла поверить своим глазам: мой дипломный проект – мое детище, над которым трудилась столько времени – в руках человека, так искусно притворявшегося в своих чувствах.

– О чем ты говоришь, Оливия? Хочешь сказать, что сын всеми многоуважаемого герцога Альбертсона – вор? Решила за мой счет сделать себе имя? – его слова, словно нож, врезались в мое тело, причиняя неимоверную боль с горьким вкусом предательства.

Подступившие слезы сдавили горло. Я с трудом заставляла себя дышать. В поисках поддержки перевела взгляд на аттестационную комиссию, но они смотрели на меня с презрением. В тот миг внутри все оборвалось. Я поняла – мне не верят. Мое слово против слова сына влиятельного человека все равно, что песчинка, упавшая в бушующий поток реки.

Раздался едва различимый цокот копыт. Он-то меня и вывел из вновь нахлынувших воспоминаний. Экипаж, проезжавший мимо, к счастью, оказался, свободен, ведь поймать его в столь позднее время – нелегкая порой задача.

Я понимала, что мне следовало поискать другой выход из положения, в котором оказалась, но становиться любовницей одного из богатеньких лордов, так ненавистных мне с незапамятного дня, не собиралась. Платить же по закладной, да еще и отдавать долг дяде, изрядно потратившемуся на нерадивую племянницу во время обучения, чем-то надо было."

"Невзирая на свои неполные двадцать семь лет, замужество в мои планы однозначно не входило. После предательства, совершенного Ральфом Альбертсоном, в любовь я не верила, не могла. Этот богач мало того, что украл мое изобретение, так еще и обвинил потом меня в собственных же деяниях. Все мои попытки доказать свою невиновность оказались тщетными.  Мне никто не верил, даже мой дядя, поскольку Ральф успел за короткое время, оставшееся у него до защиты дипломного проекта, изменить мой магический след в артефакте на свой.