Так что, дорогой… – с улыбкой произнесла в ответ, – со вчерашнего дня я – твоя законная супруга, – от моих слов его даже слегка передернуло. Честно говоря, меня тоже. Вот так поворот судьбы! Или же это чьи-то происки? – Герцогиня Оливия Альбертсон, – произнесла медленно, нараспев, словно смакуя.

– Ты была и останешься для меня Оливией Лебланк, – процедил он сквозь зубы, зло сощурив при этом глаза.

– Ты такой нервный стал, Ральф, – равнодушным тоном заметила я.

– У меня для тебя есть заманчивое предложение, – предатель поднялся с дивана и принялся расхаживать по комнате, поставив бокал на каминную полку.

– Намного выгоднее, нежели условия брачного договора? – полюбопытствовала у муженька, наблюдая за его движениями.

– Если выйти за меня не было твоей целью, то каким образом случилось так, что мой поверенный вышел именно на тебя? – он вопросительно вскинул левую бровь, и я в очередной раз отметила для себя, насколько он красив.

– Вот об этом ты у него сам и спроси. А заодно и подумай: кому и что рассказал? – холодно проговорила я. Положение, в котором оказался этот обманщик, не вызывало у меня жалости.

– С ним я непременно разберусь, поскольку в такие совпадения не верю. А теперь вернемся к нашему главному вопросу, – он в очередной раз пропустил мои высказывания мимо ушей. – Как уже говорил, я в любом случае добьюсь аннулирования этого брака, поэтому тебе выгоднее согласиться на мое предложение.

– Внимательно тебя слушаю, Ральф, – я откинулась на спинку дивана.

– В этом месяце должны избрать нового Главу Палаты артефакторов.

– Мне-то что от этого? – недоуменно посмотрела на него.

– У меня нет ни тени сомнения, что им стану я, – с довольным видом вымолвил мой супруг.

– И… – протянула, не услышав пока для себя абсолютно никакой выгоды.

– Как только меня выберут на эту должность, я помогу тебе восстановиться в академии, а после и оставлю за тобой свое нынешнее место в Палате, – вкрадчивым голосом сказал муженек.

Несомненно, его предложение было очень и очень заманчивым, но я ему больше не доверяла.

– Сперва стань им, а то делишь шкуру неубитого медведя. После мы непременно вернемся к этой теме, – заверила его.

– Я им стану, можешь не сомневаться! – Ральф заметно повысил голос. Сложилось впечатление, что он успокаивал больше себя этими словами, нежели меня.

– Ты еще себе копытом в грудь постучи для пущей убедительности, – проговорила я с издевкой.

– Ну, знаешь, дорогая, так красиво меня «козлом» еще никто не обзывал, – он снова завелся и сдерживался из последних сил. – Вот только не забывайся: согласно договору, ты не имеешь право оскорблять меня, иначе он в ту же минуту будет расторгнут.