— Но она ела все то же, что и мы! — Внезапно женщина ухватилась за горло и в ужасе округлила глаза: — Я что?! Я тоже отравлена?! И тоже буду вот так метаться?!

Рядом с ней сильно побледнел отец Эммы.

— Нет, если бы вы были отравлены, то уже бы лежали, как Эмма, — успокоила ее знахарка. — Хотя, пожалуй, вам с господином эн Валежем лучше выпить успокоительную настойку и прилечь. Вы уже вызвали лекаря?

— Да, он должен приехать с минуты на минуту, — тяжело дыша, ответила Эльна.

— Это хорошо. Вот, держите, — Мартина протянула им по пузырьку с лекарством. — И идите прилягте, а мы с генералом присмотрим за Эммой.

— А она точно поправится? — спросил отец девушки, выглядевший крайне потеряно.

— Поправится. Обязательно поправится. Я сделаю все для этого! Идите же. Вам нужно отдохнуть, — натягивая на лицо улыбку, настаивала знахарка, чуть ли не подталкивая чету эн Валеж в спину.

Серж не понимал, зачем ей так нужно выпроводить их из комнаты, и ждал объяснений. И они последовали:

— Генерал, насколько я вижу, Эмму отравили колдовским снадобьем. Но если это то снадобье и тот колдовской заговор, о которых я думаю, то все происходит слишком быстро. Оно должно было действовать гораздо медленнее и не так болезненно. Я знаю, из-за чего подобное могло произойти, и если срочно не вмешаться, Эмма может умереть.

Серж хотел возмутиться: какое еще колдовство?! Но вспомнил о неудавшемся ухажёре Эммы, его мамаше и колдунье, которая ей помогала. Серж крайне редко соприкасался с мистической стороной жизни, а потому поверить в подобное вот так с ходу было сложно. Но когда Мартина сказала, что Эмма может умереть, внутренне похолодел и не сумел ничего возразить.

Не дождавшись от генерала каких-либо слов, Мартина покусала губы, глядя ему в глаза, явно на что-то решаясь:

— Подвиньтесь, мне нужно сесть рядом с Эммой. — Она уселась, положила руку на живот девушки и прикрыла глаза. — Я… тоже колдунья. — Брови генерала взлетели вверх, но он снова промолчал, потому что увидел, как от руки знахарки исходит еле заметное свечение. — Я никогда не делала людям зла. Я знаю, что вы теперь можете меня разоблачить и отправить на костер Лимы, но я слишком многим обязана Эмме, чтобы в сейчас продолжать скрывать свой дар. — На лбу Мартины появилась испарина, а свечение от руки стало интенсивнее. — В вас тоже есть крупица колдовской силы. Не спорьте, я вижу. Сейчас вы делитесь этой силой с Эммой и помогаете ей бороться. Такие мужчины, как вы, лучше чувствуют опасностью и направленную на них агрессию. Они практически не болеют, а все раны на них заживают гораздо быстрее, чем на других. Узнаете себя? — Серж узнавал, но молчал, пораженный услышанным и увиденным. Веки Мартины тем временем дрогнули, выдавая нешуточное напряжение, а по виску покатились капельки пота.