— У нее небольшие разногласия с родителями, — улыбнулась она.

— Что ж, — вздохнула я, — деваться некуда. Давайте мне эту комнату.

Пышногрудая засуетилась. Она добежала до нужного столика, с грохотом поставила кружку, отчего немалая часть ее содержимого выплеснулась на столешницу и, не обращая внимания на брань в ее адрес, пошла ко мне.

— М-да, — скривилась я, когда входная дверь закрылась за моей спиной. — В такой дыре мне еще не доводилось ночевать! Надеюсь, что клопов здесь нет! С брезгливостью на лице я двинулась к свободной кровати, поверх которой лежало замусоленное покрывало серого цвета. — Мерзость! — выругалась я, наблюдая чужие волосы на нем. — Как жаль, что нет магии, — покачала головой. — Это единственное, чего не хватает мне до полного счастья. Ну и еще молодое тело, конечно же! — заключила я, стягивая двумя пальцами ненавистное покрывало и отбрасывая его в угол комнаты.

Из приоткрытого окна доносилась громкая брань и звуки драки. Прикрыла глаза, пытаясь отстраниться, но тут внезапно воздух сгустился, завибрировал, что заставило напрячься.

— Черт! — выругалась я.

Схватила саквояж и со всей скорости, на какую только была способна, рванула к входным дверям, но добежать до них я не успела… Яркая вспышка, которая ослепила на время глаза, и я прикрылась ладонью, слыша знакомый голос.

— Куда это вы собрались, бабушка?

Легкое прикосновение, сознание поплыло, и я отключилась…

— Ребека, — слышала я сквозь дрему. — Милая… Ребека… Боги, скажите мне, что с ней все хорошо!

«Этот голос… я узнаю его из тысячи… Кериан…»

Мое сердце забилось чаще. Я начинала хаотично вспоминать, что произошло, но все мысли куда-то уплывали, словно намеренно не давая притронуться к воспоминаниям.

— Все с ней хорошо! Да не волнуйся ты так! Она уже почти пришла в себя!

— Кериан… — прохрипела я, через силу разлепляя глаза.

Яркий свет заставил прищуриться. Я находилась словно не в своей тарелке. На горизонте маячило какое-то странное чувство, но вот какое именно я понять не могла.

— Ребека! — горячие ладони накрыли мои, нежно сжимая. — Ты пришла в себя! Я так за тебя переживал! Скажи, как себя чувствуешь?

Вглядывалась в любимые глаза, не зная как себя вести."

"— Э-э-эм, — протянула я, — слабость во всем теле…

— Слабость, — вздохнул Кериан, поворачиваясь к мужчине в лекарском балахоне. — Это нормально?

— После того, как иномирянка ее чуть не иссушила, пытаясь скормить болотнику, то вполне нормально…

«Алиса меня иссушила?!» — судорожно вздохнула я, лежа на огромной кровати с балдахином.